— Без понятия, — честно призналась Аркаша. Староста не суетился и сохранял спокойствие. А она следовала его примеру.
Секунда. Другая. Еще плюс пять.
Ничего похожего на пламя не образовалось. Ни слева, ни справа, ни вокруг них.
Мини Момо по-прежнему тянул конечность к Грегори.
— Дотронься до его руки, — зачем-то предложила Аркаша.
Староста покосился на нее как на спятившего котика, уверенной походкой направлявшегося подружиться с соседским сторожевым псом. Поигравшись с эмоциональной гаммой на лице, юноша медленно кивнул.
— Ладно. — Указательный палец парня поплыл по воздуху по направлению к маленькому созданию.
И только когда между ними осталось расстояние в сантиметр, до Аркаши дошло, что Грегори доверился ей так же, как она уже довольно давно доверяла ему. Хотя от затеи и веяло абсурдом.
— Нигде не полыхает?
Аркаша ответственно разведала обстановку.
— Нигде.
— Инстинкт самосохранения у меня полыхает. А ты говоришь, нигде.
Не расхохотаться стоило огромных трудов. Обстановка располагала как вопить от ужаса, так и безудержно смеяться. Двоякое ощущение.
Пум. Пум. Пум.
Мини Момо потянулся вперед и три раза нажал на кончик пальца Грегори. И, удовлетворившись результатом, опустил руку.
— Как и ранее, нигде не полыхает, — отрапортовала Аркаша. И хихикнула, заценив недоумение на лице старосты.
— Это что сейчас было?
— Проявление симпатии?
— С чего бы? — Грегори, насторожено следя за демоническим крохой, спрятал за спину сразу обе руки.
— Ты нравишься Момо. А тут у нас версия мини. Проецирует эмоции.
— Да неужели? Обычно Шарора обожает издеваться надо мной, а не симпатизировать мне.
— Но еще ты ему нравишься. И, может, демоненок слишком мал, чтобы вмещать сразу все чувства? Поэтому только симпатия и преобладает.
— Грандиозно. Я в фаворе мелкого вредителя. Лютое сумасшествие. Но спасибо, что исподтишка огнем больше не кидается. Пойдем. Мы и так потеряли много времени.
Ускорившись вслед за старостой, Аркаша запрыгала по ступеням, ведущим к выходу.
— А зачем спешить? Жеребьевка начнется только после окончания занятия.
— Я доведу тебя до общежития. Переоденешься в спортивное, чтобы подготовиться к следующей паре. Какой бы результат ни дала жеребьевка, нам придется сразу же отправиться на тренировку.
— Поняла. — Аркаша выскочила на свежий воздух и в один рывок догнала Грегори. — Снежок, наверное, пропустит занятие. Он плохо себя сегодня чувствовал. Переутомился, кажется. Профессор Эльблюм и профессор Шестакович повели его в медпункт.
— Да что же за веселье с началом недели! — Грегори тряхнул головой. — Встанет на ноги к завтрашнему дню?
— Надеюсь. Он вообще-то крепкий.
— Вы с ним пока единственная сыгравшаяся пара. Нужно держать вас на виду у тренера, чтобы нервишки ему подлатать.
— Мы очень-очень постараемся... И, Грегори…
— Что?
— Мини Момо... Он все еще не исчез.
Идеальный перехват. Аркаша обхватила юношескую талию, как будто собираясь перекинуть на ринге потенциального противника через плечо мощнейшим броском. На деле же она пихнула дебошира всем телом, и тот тяжело рухнул обратно на постель.
— Куда ломанулся? — строгим голосом поинтересовалась девушка, разминая кулаки и для наглядности даже разок профессионально хрустнув пальцами.
— Мне лучше. — Макки на секунду прикрыл глаза. И вновь попробовал выйти из-под контроля и поактивничать, медленно выпрямляясь. А врезавшись макушкой в выставленную над ним ладонь, с печальным вздохом опустился обратно.
«Может, действительно стало получше. — Аркаша с сомнением осмотрела рубашку и брюки, которые русал в ее отсутствие вполне самостоятельно на себя надел. И заметила полупустую тарелку с омлетом. — Но лучше перебдеть».
Она присела на корточки рядом с кроватью Маккина, чтобы ему не требовалось лишний раз поднимать голову, и, виртуозничая с ролью надзирателя, прохрипела:
— Никаких прогулок тем, кто загремел в одиночную камеру.
— А позволено ли уже ослабить назначенное мне наказание, миледи? — Макки расслаблено повалился на бок, прилег щекой на подушку и слабо улыбнулся. — Я был послушным. Можно ли мне больше не оставаться в одиночестве?
— Это еще надо проверить, сударь. Действительно ли вы соблюдали правила и не проказничали. — Аркаша наклонила голову к левому плечу и тоже улыбнулась ему. — Просто не перетруждайся и не делай резких движений.
— Надоело валяться, честное слово. Пробовал очнуться. Но только и удавалось, что в полусне видеть твои очертания и порой слышать твой голос. Но все так расплывчато и до обидного туманно... И хочу наконец извиниться перед тобой. Багро напал на тебя из-за меня.
— Опять начинаешь? Полная фигня. Он нас обоих себе в жертвы записал. Миллион раз уже просила: не вини во всем только себя. А то я рассвирепею. И будешь у меня в одиночке сидеть без права общения!
— Как скажешь. — Макки шевельнул рукой, словно хотел что-то сделать. Но передумал. — Ты слишком добра. Это дарит чересчур красивые, но иллюзорные надежды.
— Бредишь? — ласково уточнила Аркаша.
— Всегда. — Он тихонько хмыкнул.
