Английский посол переглянулся с французским. На подписании отсутствовал американский посол, но вместо него появились сразу три представителя США, среди которых был и местный резидент ЦРУ в Баку. Министр иностранных дел Азербайджана подозвал одного из помощников:
— Объяви, завтра мы проведем пресс-конференцию в здании нашего министерства. Завтра в два часа дня.
Он знал, что сегодняшняя пресс-конференция будет короткой, президентам разрешат задать только несколько вопросов. Программа была еще не закончена.
Вечерний прием, на котором выступят руководители обеих делегаций государств, должен продемонстрировать всему миру, и особенно зарубежным послам, степень дружбы государств, что гарантирует экономическую стабильность и, как следствие, многомиллиардные вливания международных финансовых организаций.
Сидевший во втором ряду Савельев уловил недоумевающий взгляд российского посла. Блохин наклонился к нему:
— И чего это вы такую горячку пороли? Приехали сюда с криком, с шумом.
Все прошло нормально, они подписали этот договор. Если вы не хотели его подписывать, не нужно было действовать так примитивно.
— При чем тут мы? — Полковник понимал, что переубедить разгневанных дипломатов ему не удастся. Россия не очень одобряла альтернативный путь перекачки нефти из Баку в Европу. Но все по-прежнему упиралось в деньги.
Российский нефтепровод, хотя и проходил через Чечню, был уже построен и функционирует. Грузинскую ветку нужно было еще строить и оборудовать. А это обойдется в миллиарды долларов, которые кто-то должен вложить в экономику двух государств, рискуя потерять деньги при малейшем изменении политической ситуации на Кавказе.
— Я выполнял инструкции своего руководства, — вынужден был ответить Савельев.
— А я выполняю инструкции своего министерства, — окончательно разозлился посол, — и там не сказано, что я должен помогать осуществлению ваших авантюрных прожектов.
Сидевший неподалеку от них турецкий посол, наоборот, весь светился, словно сегодня в выигрыше оказалась именно его страна. Впрочем, по большому счету, так оно и было, ибо путь через Грузию автоматически приводил к завершению нефтяного каравана в Турции и был явно в пользу последней, получавшей возможность полного контроля над всей проходившей в Европу бакинской нефтью.
В этот момент во дворце «Гюлистан» сотрудники службы охраны готовились к приему гостей. Дронго и Леонидов выехали пораньше, чтобы попасть к началу банкета. Савельев также решил поехать на банкет раньше, чтобы прочувствовать ситуацию.
— Слава богу, — сказал министр национальной безопасности министру МВД, — у нас все в порядке. Ничего страшного не случилось.
— Как наш Самедов? — нервно спросил министр внутренних дел. — Заговорил?
Признался?
— Молчит, сукин сын. Говорит, что его устроили в обмен на обещание давать информацию. Наверняка врет, но сейчас с ним работают наши сотрудники. Ничего, все расскажет, как миленький.
Министр внутренних дел нахмурился. Потом осторожно спросил:
— А если они нас просто обманывают?
— Кто? — не понял его коллега из МНБ.
— Российское посольство. Может, никакого покушения и не будет. Просто они говорили нарочно, чтобы сорвать его подписание.
Министр МВД не хотел признаваться, что один из его сотрудников, к тому же совсем недавно восстановленный в органах МВД, мог оказаться пособником террористов. В это никак не хотелось верить.
— А кто нашел Самедова? — тихо спросил министр национальной безопасности.
— Кто его устроил к вам? Кто давал ему деньги? Мы все проверили. Это мафия, которая раздала столько денег в вашем министерстве.
— Я их всех выгоню, — пообещал министр МВД.
— Какая разница? — махнул рукой министр МНБ. — Другие начнут брать. Дело не в людях, дело в нашей системе. Раньше почему в КГБ взяток никто не брал? Не потому, что здесь честнее люди были, чем в МВД. Просто все знали, что офицера КГБ проверяют всю жизнь. Проверяют все время. Каждое дело сотрудника КГБ могли проверить несколько раз. Поэтому наши и не брали денег.
— Раньше вообще лучше было, — вздохнул министр, насторожившись.
На пресс-конференции один из американских корреспондентов спросил президента:
— Уважаемый господин президент, как вы можете прокомментировать слухи о возможном срыве подписания договора со стороны определенных сил, не желающих этого соглашения? Не с этим ли связаны беспрецедентные меры безопасности в городе?
Президент улыбнулся. Он умел улыбаться даже в трудные времена.
— Нет, не связаны, — сказал он, — мы принимаем обычные меры безопасности.
А что касается срыва соглашений… Договор уже подписан, и я уверен, что он будет ратифицирован обоими парламентами. И никакая третья сторона нам помешать не сможет.
— Не кажется ли вам, — вставил другой, британский корреспондент, — что подписание такого соглашения именно сейчас несколько нецелесообразно, учитывая нынешнюю ситуацию в Турции?
— В Турции ситуация, по-моему, нормальная. Там избран новый парламент, пришло к власти новое правительство. Они сразу заявили о своей готовности с нами сотрудничать. — Президент подумал и добавил:
