— Кто, кроме вас, мог знать о приезде в страну этих гостей? Кто еще мог это знать?
— Вы из полиции? — догадался Аветисов.
— Тогда бы мы просто приехали к вам, нет, мы не из полиции. Просто нам нужно избежать всяких неприятностей и по возможности быстро найти убийцу вашего гостя.
— Я не понимаю, о чем вы говорите.
— Тогда мне придется повторить свой вопрос — как, по-вашему, кто еще, кроме вас, мог знать о приезде в Америку ваших гостей?
— Они не мои гости.
— Конечно. Они не ваши гости. Вы абсолютно ни при чем. Мы вас ни в чем не подозреваем, ни в чем не упрекаем. Вы абсолютно чисты. По-моему, достаточно. Вы убедились, что никто не собирается вас шантажировать. — Разговор шел на английском, и вдруг, быстро перейдя на русский, Нестор добавил: — Но тем не менее постарайтесь ответить на мой вопрос.
— Понятно, — сказал его собеседник, — кроме нас, об этом мог знать один наш друг.
— Его имя?
— Нам известна лишь его кличка. Он живет в Сан-Франциско и тоже знал о приезде гостей.
— Это вы ему сообщили?
— Он знал до этого.
— Как его кличка?
— Сокол. Он довольно известный человек в бывшем Союзе.
— Понятно. Адреса его в Сан-Франциско вы, конечно, не знаете?
— И даже не хочу знать. Просто мы выяснили, что знает и он. Это все, что вы хотели от меня узнать?
— Все. Спасибо вам. Вы нам очень помогли. До свидания.
— Подождите. Я хотел вас предупредить. Этот Сокол, как это по-русски, довольно опасный тип. Он стучит, вы меня понимаете?
— Стучит здесь или стучал раньше?
Людям, не знающим жаргонный русский язык, трудно понять, что стукачами называли провокаторов и доносчиков. А стучать, соответственно, означало доносить.
— Может, и раньше тоже стучал, но теперь определенно стучит на дядю Сэма. Вы меня понимаете?
— Спасибо, мы учтем. Всего наилучшего, не беспокойтесь, вы тут совершенно ни при чем. Еще раз хочу заверить вас, что мы абсолютно убеждены в вашей полной непричастности к этому преступлению.
— Вы можете это повторить еще раз? — донесся озабоченный голос. Все-таки записывает нашу беседу, осторожный сукин сын, подумал Нестор.
— Конечно, — любезно ответил он, — я готов повторить эти слова даже под присягой.
— Очень любезно с вашей стороны. Так вы убеждены в полной непричастности наших людей?
— В полнейшей. Они тут совершенно ни при чем. У них есть алиби, и они никак не могли совершить это преступление. Кроме того, мы знаем, что вы никогда не отдали бы такого приказа. Вы лишь поручили следить за гостями, что ваши ребята и делали. Достаточно?
— Да, спасибо, — кажется, они договорились к выгоде обоих, — но почему вы не приехали ко мне в офис? Такие разговоры лучше вести с глазу на глаз.
— Наоборот, такие разговоры лучше вести по телефону, — возразил Нестор, — чтобы все, кто захочет узнать, могли бы слышать о вашей полной непричастности. По-моему, это правильно. До свидания.
Он отключился, заметив, с каким нетерпением следит за их разговором его невольный водитель.
— Что он сказал?
— Ему было важно мое подтверждение, что я не сомневаюсь в вашей невиновности, — ответил Нестор, — его вы беспокоите больше всего. Боюсь, парень, что дела у вас не такие уж хорошие. После этого убийства полиция будет искать не только меня, но и вас. Понимаешь, что это означает?
— А при чем тут мы?
— Полиция может выйти на ваш след, и в интересах всех вы должны будете исчезнуть. У тебя есть место, куда бежать?
— Нет, — мрачно ответил парень.
— Плохо. Во всяком случае, я бы не очень верил твоему шефу. Он, похоже, хитрит и после вашего возвращения захочет избавиться от таких опасных свидетелей, как вы.
Парень молчал, и Нестор видел, что он не очень верит в его слова. Зашевелился Григор. Он с трудом раскрыл глаза.
— Голова болит, — сказал он первые слова, взглянув на своего напарника, и лишь затем, вспомнив, что произошло, вскочил на сиденье. — Ах ты сука! — гневно закричал он.
— Спокойно, — посоветовал Нестор, — без крика.
— Я тебя придушу своими руками.
— Только сначала успокойся.
— Ты меня пистолетом не пугай, все равно я тебя убью.
— Дурак, я только что говорил с Лос-Анджелесом. У тебя нет никаких шансов. Вас вообще могут убрать после возвращения домой. Неужели это не понятно?
Григор взглянул на своего напарника и увидел, как тот, кивнув головой, нахмурился.
— Ну это мы еще посмотрим, — недовольно заявил он.
— Сколько осталось до Балтимора? — спросил Нестор.
— Часа полтора, — ответил Карен.
— Давай сандвичи, нам нужно подкрепиться.
Пока они ели и пили, Григор все время невольно оборачивался назад, словно пытаясь своим взглядом достать обидчика. Правда, никаких активных действий больше не предпринимал.
— Будь готов, — вдруг прошептал он на своем языке Карену. Тот кивнул головой. Нестор, понявший, в чем дело, нахмурился и вдруг спросил по-армянски:
— К чему ему нужно быть готовым?
— Ах ты подлец, — разозлился Григор, — значит, ты знаешь и наш язык?
