В этот момент сверху послышались шаги. Кто-то спускался по лестнице. Дронго потерял бдительность только на мгновение. И сразу Викинг бросился на него. От сильного удара Дронго отлетел в угол. Оружие выпало из его рук. Второй бандит побежал по лестнице вниз.
– За ним! – крикнул Дронго Вейдеманису. – Беги за ним!
Викинг был мощнее и сильнее Дронго. Но то, что он услышал от своего врага, явно выбило его из нормального состояния. А Дронго вдруг почувствовал прилив сил. Наконец-то свершилось то, о чем он мечтал. Они сцепились в жестокой схватке, и теперь только физическая сила могла решить, кто из них останется в живых. Мощный Викинг пытался дотянуться до горла Дронго, но тот умело защищался и наносил своему сопернику чувствительные удары. Откуда было знать Викингу, что в этот момент Дронго вспоминал фотографию, на которой была семья Арзуманяна? Откуда было знать негодяю, что перед ним был человек, поклявшийся найти убийцу? Дронго бил изо всех сил, вкладывая в удары всю свою ненависть к негодяю, всю свою злость, накопившуюся за время расследования, всю свою боль за незнакомых людей, погибших в огне сгоревшего автомобиля.
Викинг почувствовал, что уступает. С окровавленным лицом, с выпученными глазами, он продолжал драться, царапаться, кусаться, лишь бы не проиграть. Но силы его были на исходе, и он все чаще пропускал удары.
– Будь ты проклят! – хрипел Дронго. – Это тебе за детей. Ты видел, кто сидел в машине?!
– Видел! – заорал Викинг, пытаясь перехватить инициативу.
Но Дронго уже ничто не могло остановить. С каждой секундой он становился сильнее, а его соперник, напротив, терял силы. Наконец Викинг обмяк и опустил руки. Дронго еще раз ударил по ненавистному лицу, уже превратившемуся в кровавую маску, и, тяжело дыша, поднялся.
По лестнице бежал Вейдеманис.
– Мы его взяли! – крикнул он, имея в виду пытавшегося сбежать бандита.
В этот момент Викинг изо всех сил ударил Дронго ногами и бросился к оружию. Дронго упал и краем глаза увидел, как Викинг поднимает лежащий на полу пистолет и разворачивает в его сторону. Еще мгновение и…
Дронго услышал выстрелы. Эдгар, стоя рядом с ним, стрелял не целясь. Промахнуться с такого расстояния было невозможно. Первый выстрел остановил бандита, от второго он дернулся и упал. Но Вейдеманис продолжал стрелять. Он подходил все ближе и продолжал стрелять. И не успокоился, пока не выпустил всю обойму.
Дронго с изумлением смотрел на своего всегда спокойного, невозмутимого друга.
– Когда я узнал о смерти мальчика, – сказал не оборачиваясь Вейдеманис, – я не мог заснуть всю ночь. Дочь сказала мне, что до утра слышала мои крики. Этот чело… этот бандит больше не имел права жить.
Он подошел к Дронго и протянул ему левую руку, помогая встать. Снизу бежали охранники и сотрудники милиции. Из соседних квартир появились люди. Дронго прислонился к стене, кивая и не понимая вопросов, которые ему задавали. Он лишь увидел, как бежит к нему Джил, и улыбнулся ей перед тем как упасть и потерять сознание. Теперь он мог себе это позволить.
Анализ есть нравственное трупорассечение: он действует не иначе, как разрушая.
Они играли в шахматы. В их паре уже много лет во всем, что касалось работы, ведущим был Дронго. Именно за ним приоритет признавали не только его ближайший друг и теперешний напарник Эдгар Вейдеманис, но и все остальные друзья и знакомые, с которыми ему приходилось общаться. Однако, несмотря на аналитический склад ума и умение распутывать самые хитроумные преступления, Дронго довольно часто и до обидного глупо проигрывал другу. Правда, сражался он до последнего, но, как правило, уступал более терпеливому и расчетливому Вейдеманису. Проиграв в очередной раз, Дронго усмехнулся:
– Очевидно, у меня отсутствует рациональное мышление.
– Нет, – возразил великодушный Эдгар, – у тебя просто не шахматный склад ума. Каждый основывается на своих особенностях. Ты умеешь распутывать преступления, а кто-то другой играет лучше тебя в шахматы. По-моему, все правильно, иначе вместо Эркюля Пуаро и Шерлока Холмса лучшими сыщиками были бы Ласкер и Стейниц.
– Ты меня не успокаивай, – возразил Дронго, поднимаясь из-за стола, – между прочим, я дважды играл с самим чемпионом мира по шахматам. И вообще мы земляки с Гарри Каспаровым.
– Ты с ним играл? – удивился Вейдеманис. – Почему ты никогда мне об этом не рассказывал?
– Именно поэтому и не рассказывал. Однажды меня пригласили во Дворец пионеров играть за сборную школы. А там был маленький мальчик, младше меня на несколько лет. И он так быстро меня обыграл, что я тихо попросил его сыграть еще одну партию. Мальчик согласился и снова выиграл. Вот так я дважды проиграл самому Каспарову. И с тех пор играю гораздо хуже его.
