До калитки, ведущей на пляж, они добежали почти за минуту. Он посмотрел на замок. Его снимали во время пребывания хозяев в доме. Но дверь запиралась изнутри на внутренний засов, и ее невозможно было открыть снаружи. Сейчас она была открыта. Дронго посмотрел на обе работавшие камеры.
— Быстрее, — попросил он своих спутников, устремляясь на дорожку, ведущую к океанскому побережью.
Еще через несколько минут они были уже на пляже. На песке лежал труп Антонио Моничелли. Рядом сидел весь перепачканный кровью Юхан, который пытался каким-то образом помочь мужу своей матери. Но Моничелли уже нельзя было спасти. Моргунас сел рядом с ним, пытаясь определить характер ранений. И быстро поднялся.
— Сильный проникающий удар, — сообщил он, — у несчастного не было шансов. Ни единого. Он жил несколько минут после этого.
— Когда он умер? — спросил Дронго.
— Полчаса назад, — ответил Моргунас, — или немного больше. Здесь тепло. Труп еще не успел остыть. Что будем делать? Оставим его здесь или унесем в дом?
— Черт возьми, — выругался Дронго, — мы сейчас ничего не найдем. А нам нельзя оставлять его тело здесь. Придется нести в дом.
— Разве это разрешено? — спросил Моргунас. — У вас будут неприятности.
— Согласен. Но другого выхода нет. Мы отнесем его в дом. Помогите мне. Только осторожно. А еще лучше сходите в дом и принесите большую простыню.
— Сейчас принесу, — согласился Моргунас.
Он поспешил к дому. Дронго взглянул на ошеломленного Юхана.
— Что здесь произошло?
— Мы вышли гулять с Алисой и увидели его на пляже. Мы подбежали к нему, но было уже поздно. Я пытался ему помочь.
— Кого-нибудь рядом видели?
— Нет, никого.
— Может, рядом лежал нож или какое-нибудь другое оружие?
— Ничего здесь не было. Если бы не его белые брюки, мы бы вообще прошли мимо. Было уже довольно темно.
Юхан провел рукой по лицу, невольно оставляя на нем красный след. Он выругался, достал платок, осторожно вытер лицо.
— Что вы об этом думаете? — спросил Дронго у Барнарда.
— Не знаю, — пожал плечами секретарь, — может, кто-то из чужих? Хотел забрать его деньги. Или кредитные карточки.
— Какие карточки на пляже, — вмешался Юхан, — у него ничего с собой не было.
— Еще нужно узнать — заходят ли сюда чужие? — нахмурился Дронго.
— Что вы хотите сказать? — не понял Барнард.
— Ничего. Пока ничего. Я смогу сказать хоть что-то только после того, как мы вернемся в дом.
Прибежал Моргунас с простыней в руках.
— Охранники обещали вызвать полицию, — пробормотал он, — давайте его не трогать.
— Забирайте, — приказал Дронго, — мы обязаны отнести его в дом. Пусть нас даже за это накажут.
Они завернули тело в простыню, которая быстро пропиталась кровью, и понесли тело погибшего в дом. В гостиную они его не внесли, оставив у гаража, чтобы не пугать женщин.
— Моргунас, вы остаетесь рядом с телом, — приказал Дронго, — а мне нужно до прихода полиции успеть сходить в наш центр наблюдения, чтобы просмотреть все записи. Никого не подпускайте к погибшему.
— Я все понял, — кивнул врач.
— Что делать мне? — спросил Юхан.
— Можете вернуться в дом и умыться. А еще лучше примите душ, — посоветовал Дронго.
Он поспешил к зданию, где дежурили охранники. Когда Дронго вошел в помещение, там находился только один испуганный афроамериканец. Второй остался дежурить в доме.
— У вас есть оружие? — поинтересовался Дронго.
— Да, у нас есть пистолеты, — кивнул пожилой охранник. На вид ему было лет пятьдесят или даже больше. Очевидно, Рауль устроил его сюда по протекции, остальные охранники годились этому в сыновья.
— Хорошо. — Дронго сел за стол, немного отдышался, давая охраннику время на то, чтобы прийти в себя. — Давайте просмотрим, кто сегодня выходил на пляж. После шести вечера. Покажите мне дорожку на пляж. У вас есть запись?
— Есть, — оживился охранник, перематывая запись наблюдения назад.
Камеры ясно показали Антонио Моничелли, выходившего на пляж. Но за несколько минут до того, как Моничелли вышел на дорожку, ведущую на пляж, туда же вышел Юрий Горлач. Друг Агнессы вернулся обратно довольно быстро, минут через пятнадцать. Затем показался Линдси. Он тоже вернулся через некоторое время. Наконец на дорожке появились Юхан и Алиса. Они оба вышли из дома примерно в восьмом часу вечера. И минут через тридцать или сорок показалась Алиса, которая бежала к дому. Затем Дронго, врач и Барнард вышли через калитку, направляясь на пляж. Дронго мрачно просмотрел запись.
— Через другие ворота кто-нибудь выходил? — поинтересовался он.
— Да, — ответил охранник, — сначала выходил наш врач. Он шел куда-то в поселок. Примерно в половине седьмого. Но он быстро вернулся. Минут через тридцать. До него выезжал Барнард. Он ездил к нотариусу. Вернулся через полтора часа. У нас есть запись. Больше никто не выходил и не заходил к нам на виллу.
— Я все понял. Спасибо. Если придет полиция, можете передать им эти записи. Они мне больше не нужны.
Дронго вернулся к Моргунасу. Барнард уже ушел в дом, чтобы успокоить женщин, и врач остался один.
— Почему вы не сказали, что сегодня выходили из дома? — поинтересовался Дронго.
— В каком смысле выходил? — не понял Моргунас.
