– Он был там весь вечер, – продолжал следователь, – и видел всех, кто входил в дом. Человек он молодой, ему семнадцать лет, он приехал из сельского района, но взгляд у него цепкий, внимательный. Ему ведь нужно помнить, какую газету и кому он продает. Он уверяет меня, что никто из чужих в этот вечер в дом не входил. Несколько соседей, которых он уже давно знает. Он работает у дома уже несколько месяцев. Но этот разносчик мне рассказал, что совсем поздно у дома появился какой-то чужой старик, которому было много лет. Старик был похож на иностранца, он был высокого роста, в темном плаще. И этот старик долго стоял у дверей, очевидно пытаясь открыть кодовый замок. До тех пор, пока кто-то не открыл дверь, впустив его в дом. Он звонил по мобильному, и, очевидно, кто-то спустился вниз. Вот такая история. Среди тех, кто в последнее время общался с Валидой и погибшим ювелиром, был какой-нибудь пожилой старик высокого роста, похожий на иностранца?
– Был, – задумчиво произнес Дронго, – и этому старику уже много лет. Речь идет о Генрихе Соломоновиче Мильмане. Я вчера был у него дома, и он чувствовал себя не очень хорошо. Может, вы покажете его фотографию этому разносчику газет. Я не уверен, что Мильман был вчера вечером у погибшей женщины. Он вообще чувствовал себя плохо.
– Мы проверим, – заверил его следователь. – У вас есть какие-нибудь новости?
– Нет, пока беседую с каждым из тех, кто мог знать Валиду.
– Ясно. Если у меня будут новости, я вам позвоню.
– А когда этот старик вышел из дома? В которому часу?
– Этого разносчик уже не видел. Было достаточно поздно, и он ушел домой. До свидания.
Дронго убрал телефон и обернулся. На пороге стояла Фатьма. Ее способность передвигаться по дому бесшумно вызывала некоторое беспокойство.
– Вы следователь? – неожиданно спросила она.
– Нет. А почему вы спрашиваете?
– Я думала, что Борис привез следователя, – ответила Фатьма, – извините, я ошиблась.
Она повернулась, чтобы уйти.
– Подождите, – поспешил за ней Дронго, – почему следователя? Почему вы считаете, что Борис должен был привезти обязательно следователя?
– У них что-то пропало, – пояснила Фатьма, – и они очень переживают. Я вижу, как они переживают. Оба брата. А как они искали по всему дому. И как искали в бакинской квартире. Но они мне не говорят, что именно ищут. Они уже привозили людей, которые искали что-то с такими длинными приборами.
– Может, у Семена Борисовича были какие-то ценности? – осторожно предположил Дронго.
– Это был его дом, – пожала плечами женщина, – и здесь все состоит из его ценностей. И мебель, и его машины, и посуда, все это принадлежало ему.
Дронго скрыл усмешку. Конечно, для одинокой санитарки, живущей на другом берегу, этот дом был средоточием всего цивилизованного мира, набитый дорогой мебелью и дорогой фарфоровой посудой. Только она не подозревала, что речь идет о других ценностях.
– А ювелирные изделия Семен Борисович не держал в доме? – поинтересовался Дронго.
– Я никогда не видела, – ответила Фатьма, – все свои ювелирные ценности он держал в шкатулке, в кабинете. Ключ был у Асифа. Когда Семен Борисович умер, шкатулку забрал его племянник Асиф. Больше в доме не было никаких ювелирных украшений. И еще одну цепочку он подарил мне за год до смерти.
– А может, в доме был какой-то тайник, в котором Семен Борисович прятал другие ценности?
– Я не знаю, – ответила Фатьма, – в этом большом доме много мебели и разных мест, где можно прятать. Но я знаю все такие места. Он ничего не спрятал, все ценности оставил своим племянникам. Я слышала, как кричала Хуршида, но она говорила неправду. Семен Борисович был очень хорошим человеком и всегда заботился о всех своих родственниках. Он и Туфану много раз помогал…
В комнату вошел Борис, и она смутилась. Отвернулась. Извинилась и вышла.
– Что она говорила? – весело спросил Измайлов.
– Рассказывала, каким благородным человеком был ваш дядя. Она слышала вчера, как кричала ваша родственница.
– Неудивительно, – пробормотал Борис, – она кричала так, что было слышно даже на улице.
– Фатьма решила, что я следователь. Она обратила внимание на ваши поиски, ведь вы уже три месяца ищете этот алмаз. Вот она и решила, что вы привезли с собой следователя.
– Какая душа, – пожал плечами Борис и улыбнулся, – она такая же наивная и чистая, как ее племянница, дочь ее брата. Только девочке четыре года, а ей сорок. Такой красивый ребенок.
– Мне звонил из Баку следователь прокуратуры, – сообщил Дронго, – они нашли разносчика газет, который все время стоял у дома Валиды.
– Он видел, кто к ней заходил? – встрепенулся Борис.
– Говорит, что какой-то старик, похожий на иностранца. Больше чужих не было. Старик не смог открыть дверь из-за кодового замка. Он кому-то позвонил, и ему открыли дверь изнутри. Когда старик ушел, разносчик уже не видел.
– Неужели Мильман? – испугался Измайлов. – Он украл этот алмаз и убил Валиду? Неужели вы действительно думаете, что это сделал он?
