– Я даже не знаю, когда нам выдадут тело, – чуть не расплакалась снова Наиля, – Николай Гаврилович сказал, что только на следующей неделе. Мы его даже похоронить по-человечески не сможем.
– Вы будете хоронить его по православному обряду? – уточнил посол.
– Конечно, – ответила Галия, – Костя был православным христианином, хотя они с Наилей регистрировались в загсе.
—А мы венчались в католическом храме, – вспомнил посол, – никто не верил, что моя Светлана – мусульманка, которая приняла католичество.
– У нее мама была русская, а папа – татарин, – напомнила Галия, – значит, она была наполовину мусульманкой. Но в наших семьях уже давно нет такого разделения. Мы все верим в одного Бога. И ходим вместе и в православную церковь, и в мусульманскую мечеть. Можем даже войти в католический храм. Бог един. А фотографии с вашей свадьбы я помню. Такой красивый у вас свадебный обряд.
– Он ужасно гордится, что сделал меня католичкой, – усмехнулась Светлана, – я только потом узнала, что мне повезло. За мной еще ухаживал голландский дипломат, они протестанты. И это гораздо страшнее, чем католики.
– Почему страшнее? – не поняла Галия.
– У протестантов нельзя выпросить у Бога прощение за свои грехи, – пояснила Светлана, – у католиков можно согрешить, потом прийти на исповедь и вымолить прощение у Бога. Получить прощение на исповеди у своего духовника. А у протестантов нельзя. Любой грех остается на тебе, и его нельзя замаливать. Тяжело им, наверно, жить.
– Зато самые развитые страны – это протестантские, – вмешалась Римма, – я иногда думаю, почему Бог допускает, чтобы люди столько грешили. И я сделала для себя такой вывод. Наверно, у него в раю места зарезервированы. Рай ведь не резиновый, всех туда нельзя пускать. Вот поэтому он и разрешает людям совершать грехи, чтобы половину населения гарантированно отсылать в ад. Как вы считаете?
Она сама первая улыбнулась. Посол покачал головой.
– За такие речи вы и попадете в ад, сеньора Тэльпус, – сказал он с сожалением, – будьте осторожнее: Бог не любит, когда над ним насмехаются.
– Это мое личное предположение, – ответила Римма, – но, возможно, я неправа. Возможно, Бог просто про нас забыл. Трудно все время заниматься человеческими проблемами. У него целая Вселенная, а здесь одна маленькая Земля. Наверно, ему не до нас.
– Вы просто богохульствуете, – поднял обе руки посол, – и я не буду с вами разговаривать на эту тему.
В этот момент зазвонил мобильный телефон Риммы. Она извинилась, доставая аппарат.
– Здравствуйте, Павел Александрович, – ответила она, хитро подмигнув всем присутствующим, – я как раз сижу рядом с господином послом, и он очень волнуется. Его тоже интересует, что у вас происходит? Да, я понимаю. Спасибо за ваши слова, я их обязательно передам господину послу. Что? Что вы говорите? Уже нашли убийцу...
Она посмотрела на Наилю. Та побледнела, на верхней губе выступили капельки пота. Галия нахмурилась – было заметно, как она волнуется. Светлана обернулась к подруге.
– Что он говорит? – спросила она.
– Как интересно, – согласилась Римма, – я обязательно все расскажу. Значит, вы думаете, что уже смогли ее найти? Да, я все поняла. Нет, никому больше не скажу. Только господину послу. Конечно, понимаю. Большое вам спасибо, Павел Александрович. Я очень ценю ваше отношение ко мне. Да, я вам обязательно позвоню. Да-да, спасибо. До свидания.
Она убрала аппарат. Победно всех оглядела.
– Что он тебе сказал? – не выдержав, спросила Светлана, – говори, чего ты тянешь.
– Он рассказал, что сегодня в прокуратуре они провели какой-то эксперимент и сумели найти убийцу, – торжествующе объявила Римма, – вот так, Наиля. Я тебе говорила, что они найдут убийцу.
«Какой дурак, – холодно подумал Дронго, – как он может так поступать. Ведь взрослый человек, не мальчик. И такая глупая выходка. Наверно, ему хочется казаться более значительным, чем он есть. Ведь он только недавно занял новый пост. И внимание посла ему льстит. Он хочет показать, какие у него связи. Поэтому, рассказывая Римме о сегодняшней проверке пленки, он просит ее передать это сообщение послу и не говорить больше никому. Он даже не понимает, что делает. Хотя, наверно, он осознает, что посол в любом случае не мог быть убийцей. А если и был, то его все равно не смогут привлечь к ответственности, ведь у посла особый статус и дипломатическая неприкосновенность.
– Кто убийца? – выдохнула Наиля. – Кого они нашли?
– Пока не знают, кто именно, но уже известно, что там была посторонняя женщина, – радостно сообщила Римма, – он говорит, что они смогли снять незнакомку, которая выходила из дома. И сейчас проверяют одежду и обувь, которая на ней была. Пригласили специалистов, чтобы те смогли назвать им марку обуви. А потом начнут искать убийцу.
– Женщина? – не поверила Наиля. – Какая женщина? Разве его убила женщина? Я думала, что мужчина.
– Это пока только их предположение, – вмешалась Галия, – никто точно не знает.
