— И не только этот карабин. У меня есть французский «Лебель». И сделанная по особому заказу тульская винтовка. Вот эта. А еще шестизарядный «Винчестер», но это на крупного зверя. А вот у этой однозарядной винтовки рычаг под спуском. Это «Севедж», и он подходит для охоты на мелких зверей — уток и зайцев. Но здесь только винтовки и легкие карабины, не считая «Винчестера». Остальная моя коллекция в подмосковном доме. Я вас туда приглашу. Там у меня два десятка карабинов и пневматических винтовок. Оружия так много, что я могу вооружить целый взвод охотников.
— Очень интересно, — согласился Дронго. — Вы, видимо, заядлый охотник?
— Каждый мужчина немного охотник, — подмигнул ему Максудов и первый рассмеялся.
Они услышали, как кто-то спускается со второго этажа. Дронго поднял голову. Сначала показались ноги. Длинные, ровные, чуть ли не идеальные. Затем нижняя часть тела, которая тоже производила достаточно неплохое впечатление. Молодая женщина была в такой короткой мини-юбке, что мужчины невольно отвели глаза, а Малика и Эка также невольно нахмурились. К тому же у женщины явно не было бюстгальтера под майкой, и ее хорошо развитые груди были отчетливо видны. Ей было не больше тридцати — тридцати пяти. Неуловимо похожая на брата, она имела достаточно привлекательные черты лица, вздернутый носик, высокие скулы. Глаза у нее были такого же, непонятного цвета, однако миндалевидная форма их и хороший макияж делали лицо еще привлекательней. Родинка над губой добавляла шарма и сексуальности. Впечатление портил лишь тяжелый подбородок — такой же, как у брата. Но нельзя было не обратить внимания на ее почти безупречные формы. Впрочем, среди украинок часто встречаются очень красивые женщины с безупречными фигурами. У женщины были длинные светлые волосы, которые иногда закрывали ей левую половину лица.
— Здравствуйте, — певуче произнесла она, — очень рада видеть здесь всю вашу компанию. И Керим Агаевич тоже здесь. Здравствуйте, господин Самедов. Как я рада, что вы никогда не отказываетесь от подобных приглашений…
«У этой особы злой язычок», — подумал Дронго.
— Да, — не понял подвоха Самедов, — я тоже всегда рад вас видеть.
— И наш «витязь в тигровой шкуре» тоже здесь. Наш бравый миллиционер. Грузинский дядя Степа, — продолжала ерничать Елена Квитко, — здравствуйте, Резо. Как вы поживаете?
— Спасибо, — сдержанно ответил Джанашвили, — все нормально.
— И рядом ваша прекрасная супруга. Наша местная Кэтэ Кольвиц, — не унималась Елена Квитко, — добрый день. Как я вам рада.
— Не сомневаюсь, — сказала Эка, — вам не холодно в вашей майке? Здесь в горах иногда бывает прохладно.
— Нет, — томно улыбнулась Елена, — мне даже приятно. А особенно приятно, что рядом столько любезных и милых сердцу людей.
— Мы скоро сядем за стол, — несколько нервно вмешалась Малика. — Сейчас все будет готово.
— У вас такая чудесная повариха, — сказала Елена, усаживаясь в кресло и закидывая ногу на ногу. Теперь даже цвет ее белья можно было различить. Малика вспыхнула. Эка улыбнулась, покачав головой. Мужчины опять отвернулись. Самедов о чем-то говорил с Резо. Максудов взял телефон. Николай подошел к сестре и очень тихо сделал ей замечание. Дронго увидел, как она огрызнулась, но своей позы не поменяла. К нему подошла Эка.
— Интересно, какое у вас мнение об этом экземпляре человеческой породы, — поинтересовалась она, — можете сказать мне о своих первых впечатлениях?
— Думаю, что да. Она достаточно свободный человек, не скованный никакими условностями. Дерзкая, любит эпатаж, но при этом довольно умная и начитанная женщина…
— Как вы определили ее ум? — зло спросила Эка. — Неужели длина ее юбки вам ничего не говорит?
— Длина ее юбки подчеркивает ее красивые ноги, о чем она прекрасно осведомлена. Что касается ее ума, то я не думаю, что всякий человек помнит о поэме Руставели или знает, кто такая Кэтэ Кольвиц.
— Я тоже знаю, — ревниво ответила Эка, — но у меня вы не заметили такого большого ума.
— Заметил, — возразил Дронго, — но не забывайте, что вы художник и обязаны знать это имя. А она, насколько я понял, совсем не художник.
— Только этого не хватало, — сказала Эка, — чтобы она еще была художником. Она экономист. Окончила какой-то университет. Можете себе представить? С ее бюстом и ногами лучше работать в каком-нибудь стриптиз-клубе, чем сидеть экономистом, — последнее слово Эка произнесла по слогам.
— Вот видите, — улыбнулся Дронго, — она достигает нужного эффекта. Ее обтягивающая майка провоцирует мужчин, а ее короткая юбка демонстрирует нам ее прекрасные ножки. На самом деле это всего лишь глупый стереотип. Все блондинки дуры, а красивые блондинки дуры вдвойне. У вас ведь есть родственники на Украине, и вы должны знать, что там попадаются умные и толковые блондинки. Например, Юлия Тимошенко. Ее коса всегда вызывала у меня приступы здорового смеха, но она так правильно работает над своим имиджем, что это вызывает только восхищение.
— Она перекрашенная блондинка, — возразила Эка, — а вы всего лишь самец, попавший под обаяние красивой самочки.
