О
К утру 22 января мороз усилился настолько, что даже дышать становилось трудно. Ветер гнал по улицам разрушенного Сталинграда мелкие, колючие снежинки, забивая трещины в стенах полуразрушенных зданий, покрывая толстым слоем обломки кирпича и разбитые окна. В блиндаже штаба 64-й армии было тепло, но и здесь чувствовалось напряжение, вызванное близостью решающих событий.
Генерал Шумилов стоял возле большого стола, на котором разложили несколько карт местности. На картах — бесчисленные отметки разведданных, линии окопов и позиции артиллерии.
— Алексей Андреевич, — генерал кивнул Громову, — ваши аппараты уже не раз нас выручали. Теперь дело дошло до самого главного. Нужно разделить группировку Паулюса на две части, а для этого необходимо найти слабые места в немецкой обороне.
Громов внимательно смотрел на карту, изучая обозначения, и наконец спросил:
— Понимаю, товарищ генерал. Нужно проверить район между северной и южной группировками немцев. Они, скорее всего, сейчас пытаются укрепить там оборону. Но какая обстановка на месте сейчас?
Шумилов повернулся к начальнику разведки армии полковнику Акимову:
— Михаил Сергеевич, доложите по обстановке.
Полковник вышел вперёд, поправив очки:
— По нашим данным, противник активно строит оборонительные рубежи в районе балки, вот здесь, — он указал на карту, — и укрепляет переправы через овраги. У них не хватает ресурсов и техники, чтобы полностью закрыть весь фронт. Резервов у противника давно нет, и мы полагаем, что они вынуждены где-то оставлять прорехи.
— Эти прорехи нам и нужны, — заметил Шумилов. — Громов, сможете сегодня отправить свои аппараты на разведку?
— Уже подготовлены, товарищ генерал, — ответил Алексей. — С нами также бойцы ОСНАЗ, которые будут фиксировать любые переговоры противника. Так мы поймём, что у них происходит изнутри.
Генерал кивнул:
— Хорошо. Тогда начинайте немедленно. Нам важны любые подробности. Немец не должен успеть залатать прорехи.
Громов, выходя из штаба, встретил Дурнева, который ждал его снаружи. Сержант кивнул, передав инженеру сложенный листок:
— Товарищ инженер, машины готовы. Операторы на месте. Когда дадите команду на взлет?
Громов быстро просмотрел записи на листке и сказал уверенно:
— Через двадцать минут. Погода идеальна для нас, метель не даст немцам заметить аппараты. Надо поспешить.
В помещении, отведённом под командный пункт беспилотников, операторы уже ждали команды. Рядом с ними стояли солдаты из ОСНАЗа, настраивая аппаратуру радиоперехвата.
— Васильев, — обратился Громов к главному оператору, — веди два аппарата над балкой и через переправы на север. Там, где заметите слабину, отмечайте сразу координаты. Слышите немецкие переговоры, сразу фиксируйте. Всё ясно?
— Так точно, товарищ инженер, — ответил Васильев, проверяя аккумуляторы дронов.
Громов подошёл к радисту, молодому лейтенанту Бутову из ОСНАЗ:
— Николай, следите внимательно за радиоэфиром. Немцы в этих условиях наверняка будут паниковать и допускать ошибки. Нам нужна любая полезная информация, особенно что касается резервов и обороны.