– Мне плевать! Да хоть рогатки, – я выдержал паузу. – Я из Балим. Расцениваю это как нападение.
– Балим? – удивленно произнес он. – Откуда ты взялся? Ты – сержант Пасс. Мы всё про тебя знаем!
– Ты мне должен компенсацию, десять миллионов за нападение и еще десять миллионов за то, что применил «химию» на моем человеке. Итого – двадцать. Времени на сбор всей суммы – один час. Отдашь долг моему человеку – Игорю Усольцеву из Централа.
– Чего? – ошеломленно спросил Грач, только сейчас поняв, что превратился из хищника в жертву. – Это еще нужно доказать!
– Мне не нужно. Я не суд, – я даже плечами пожал. – Если не выплатишь, то угробишь всю банду. Пощады не будет. За этим не ко мне.
Я повесил трубку, потому что через улицу ко мне направлялась четверка черных штурмовиков. Только сейчас обратил внимание на два зеленых броневика, стоящих у здания напротив. Когда они подошли и командир поднял забрало шлема, я осознал, что «попал» по полной!
– Здравствуйте, Ваше Высочество! Константин Александрович!
– Ветер, ты ударился, что ли? –спросил княжич Серов.
– Никак нет!
– Мне тебя ударить? Чтобы в чувства пришел...
– Не надо, – я даже попятился от него.
– Забирай тело, – он кивнул на Эльзу, – и садитесь в БэТээР, а мы зачистим здание.
– Не надо, – безапелляционно заявил я, – Централ все сделает за нас.
Мы уселись в броневик, и я позвонил Игорю, тот взял трубку сразу же.
– Игорь, Грачи должны мне двадцать миллионов за нападение и применение «химии» к моей даме. Если через час не отдадут, то можете очистить город от этой мрази. Я обещаю, что претензии Балим к Централу будут пересмотрены…
– Хорошо. Мы идем на штурм здания. Отбой.
Я ожидал, что он будет торговаться, уточнять, в какой части будут изменены претензии, но лидер Централа согласился сразу. И никакие доказательства ему, как и мне, оказались не нужны. Это подозрительно.
Княжич, услышавший мой разговор, только хмыкнул и пересел с переднего сиденья к нам, в салон стрелков.
– Парни, пересядьте в замыкающий колонну БТР, – попросил он троих своих бойцов, и те молча вышли из машины.
– Ветров, что происходит? – Урал смотрел на меня как на сумасшедшего, когда наш броневик тронулся с места.
Как назло, Эльза, которую я посадил рядом, не удержалась и упала мне на колени, уткнувшись лицом в пах. Я торопливо поднял её и прислонил к борту.
– Урал, полный бедлам происходит. Это, если вкратце.
Командир «Рассвета» заразительно засмеялся:
– Я вижу! Не думал, что застану эту даму в таком состоянии. Неприятно смотреть. Поставь ей капельницу, что ли.
– Не умею, – я вздохнул.
– Ладно. Мне нетрудно, – Урал достал свою аптечку, закатал женщине рукав и поставил мобильную капельницу с антитоксическим раствором и комплексом противоядий. Интересно! Она же в броне мимиков, но игла спокойно прошла сквозь неё. Штурмовики у Нижнего рынка мне вколоть ничего не смогли, получается, броня станнума значительно отличается от брони их слуг.
– Кто же ты, Эльза, что тебе старший сын Великого князя капельницы ставит? – усмехнувшись, произнес я, глядя на Серова.
– Я все расскажу, – прошептала она одними губами.
– Какие у тебя претензии к Эльзе? – усмехнулся Урал. – Можешь конкретизировать?
– Предает. Врет. Подставляет, – перечислил я. – Но жопа хорошая.
– Не надо так! – скривился княжич. – Сказано точно, но это не дает ей возможности выжить. После такого только трибунал и вышка.
– А как надо? – опешил я, он прямо в её адвокаты заделался.
– Ошиблась, боится тебе открыться, не понимает, что творит, – Урал пронизывал меня жестким взглядом. – Возможно, ты сам стал причиной её глупостей.
Мы замолчали и некоторое время ехали молча.
– Она в броне мимиков? – спросил Урал, показывая на пряжку на поясе Эльзы. – Заряжена? Откуда?
– Я дал. С возвратом.
– А мне тогда зачем ерунду про предательство рассказываешь? – командир черных штурмовиков улыбался во всю харю. – Бережешь её?
– Ага! – я вздохнул.
Вдруг зазвонил мой спутниковый телефон.
– Грачи собрали пятнадцать миллионов… – услышал я голос Игоря.
– Вали их, – я перебил его, – претензии не удовлетворены…
– Да подожди ты, – он начал меня уговаривать, – я готов забрать их имущество и добить пять миллионов. У тебя в сумме будет двадцать. Так будет приемлемо?
– Тебе выгодно?
– Да. Я давно хотел их активы, – ответил Игорь, и я нехотя согласился.
– Двадцать миллионов я передам с Миланой, она едет в аэропорт. Забери её, она отправится за тобой, куда скажешь.
– Это с чего такая пьянка? – изумился я, чуть трубку не выронил от неожиданности. – Я же не на курорте, а на базе спецназа служу!
– Она объяснит. Если тебе интересно, я – не против. С «Рассветом» порешает вопросы граф Вяземский, – в голосе Игоря сквозило сожаление.
– Что не так? – мне хотелось избавиться от недосказанностей.
– Не думай, что Милана идет в зачет долга Централа. Это её личное решение, с синдикатом никак не связанное. И мое тоже. Как глава синдиката в Тобольске я не буду мешать, – Игорь запнулся. – Но, если она захочет вернуться, ты должен её отпустить.
