— Джимми… — Мишелл покачала головой. — Он был… другим. Мог просто идти по коридору или сидеть на занятиях, но ты видел, что он особенный. Джимми не сильно корпел над учебой, но был способным, за это его любили преподаватели. И девочкам он нравился… Я сама с ума по нему сходила.
— Я вижу, — сказала Хоулт.
Мишелл покраснела.
— У Джимми бывали конфликты в старших классах?
— Не понимаю, о чем вы, — удивилась Мишелл.
— В старших классах случаются стрессы, — пояснила Хоулт. — Гормоны бурлят…
Но ответа она так и не дождалась.
— Вчера я говорила с Джонатаном, и он упомянул, будто Джимми участвовал в каком-то акте насилия в школе. Вероятно, случай оказался серьезным, Джимми даже исключили.
Взгляд Мишелл стал жестче.
— Я пыталась проверить записи об исключении сегодня утром, но безрезультатно. Я подумала, может, вы мне поможете.
— Вы именно об этом хотели со мной поговорить?
— Да. — Хоулт понимала, что в отношениях с людьми следует быть предельно честной.
— Джимми — мой друг, — сказала Мишелл.
— Хочу надеяться, что и мой тоже, — ответила Хоулт.
Мишелл кивнула, словно приняв решение.
— Если бы вы задали мне этот вопрос в прошлом году, я бы могла рассказать вам только о том, что Джимми подрался с тремя игроками футбольной команды. Но пару месяцев назад мне позвонил один из них, Грег. Сейчас он продает автомобили. Я не общалась с ним с самой школы. Даже, наверное, и тогда я с ним не общалась.
— А почему он позвонил именно вам?
— Хотел замолить былые грехи.
— Не понимаю.
— Грег недавно вступил в общество анонимных алкоголиков, — сказала Мишелл, нервно разглаживая юбку. — Он живет теперь по двенадцатиступенчатой программе. Девятая ступень призывает повиниться перед теми, кого обидел в прошлом. Попросить у обиженного тобой человека прощения.
— Так, значит, в школе этот Грег причинил вам боль? Джимми побил его за это?
— Он не успел причинить мне боль. Джимми вовремя его остановил. — Мишелл сделала глубокий вдох, а затем медленно выдохнула, стараясь вернуть себе самообладание. — Грег сознался, что они втроем собирались изнасиловать меня после школы. Он разрыдался, когда рассказывал об этом. Покаялся, что они с дружками частенько подумывали об изнасиловании, когда видели, как я возвращалась домой. — Мишелл говорила очень тихо.
Хоулт с удивлением смотрела на нее.
— Каким-то образом Джимми все узнал. В тот день он пришел туда, где они меня поджидали. — Мишелл тряхнула головой. — Меня там даже не было, я раньше ушла домой с занятий, потому что плохо себя почувствовала. Я и о драке-то услышала только в понедельник утром, в школе. — Она закинула ногу на ногу и наклонилась к Хоулт. — Я хотела поблагодарить Джимми на вечеринке на прошлой неделе, но он сделал вид, что не понимает, о чем речь. Представляете?
— Джимми напал на них? На троих сразу?
— О да! — усмехнулась Мишелл. — Надрал им задницы!
Дверь лимузина закрылась, и Джимми откинулся на черное кожаное сиденье рядом с Антонино Напитано. За рулем был водитель. Напитано нашел его в Бельмонте, пляжном городишке недалеко от Лонг-Бич, чудесном месте, где наркоторговцы заводили дорогих кошек вместо питбулей, а девушки в тоненьких бикини стройными рядами заполняли пляж, хлопая пузырями из жвачки и читая «Мэри Клер».
По дороге Джимми обратил внимание на тинейджера, проезжавшего мимо на скейтборде. Тот был весь в татуировках, а на плече у него орал огромный приемник.
— Надеюсь, ты прихватил с собой аппетит? — Напитано оскалил свои маленькие белые зубки и посмотрел на Джимми с восхищением. Как обычно, он был в черных шелковых брюках, напоминавших пижамные, и в черных лакированных туфлях. При росте не больше пяти футов с четвертью, с непропорционально большой головой и сальными глазками, Напитано походил на испорченного ребенка.
— Ты никак не отреагировал на мой новый автомобиль — я чувствую пренебрежение!
Джимми огляделся. Просторный салон, обтянутый мягкой кожей, два телевизора, бар, холодильник, компьютер и три телефона.
— На фоне всего этого твой предыдущий красавец кажется просто вшивым фургоном, — сказал он, сожалея, что встретился с бывшим начальником, и все еще расстроенный разговором с Оливией. Она точно не поверила бы его словам о Джонатане. Да и остальные тоже. Джимми наклонился вперед, заметив какое-то мохнатое существо.
— Нино, это что такое?
Напитано приподнял с сатиновой подушки маленькую пушистую собачку.
— Это Тина. Скажи Джимми «здравствуй», Тина! — Собачка уставилась на Джимми, высунув язычок. — Пожалуйста, Джимми, поздоровайся с ней. Ты же не хочешь ее обидеть?
— Ты уверен, что это собака?
Напитано потрепал малышку за мордочку.
— Это йоркширский терьер, правда, Тина? Да, ты терьер! — Он потерся щекой о ее носик.
— Будь осторожен, Нино. Я слышал, эта порода выведена для охоты на крыс.
— Да ты совсем отупел! — Напитано поцеловал собачку и отправил ее обратно на подушечку.
Потом он достал бутылочку «Дом Периньон» из ведерка со льдом, наполнил пару бокалов дорогим шампанским и вручил один Джимми.
