Пять книг под общим названием «Друг мой – Беркут_…» расскажут вам о жизни и приключениях дальневосточного мальчишки, мечтающего строить самолёты. Они расскажут о золотом времени советской авиации, о замечательных людях и горьких потерях… Эти книги для тех, кто на месте не сидит, у кого внутри огонь горит и кому всегда 17 лет в душе.
Друг мой – Беркут_2.
Край далёкий – с лесами да сопками,
С поздней жалобой птиц – это ты
Разбудил голосами высокими
Сыновей золотые мечты.
П. Комаров
Как Я родился.
Мы рождены в краю суровом.
Мы рождены в краю тигровом!
М. Башева
Мои родители приехали на Дальний Восток в небольшой городок Бикин в далёком 1935 году сразу после свадьбы-женитьбы в поезде «Новосибирск – Владивосток». Купили старый бревенчатый дом и перенесли его на новое место по адресу Горный переулок 14. Посадили сад-огород, завели корову, козу, поросёнка, курочек, и стали по утрам заглядывать в капусту за мальчиком или девочкой.
В 1936 году нашли там мальчика Вову, через год ещё мальчика – Гену, в 1941 году – девочку Люсю, в 1944 году – мальчика Витю, в 1949 году – мальчика Сашу.
Первого ноября 1953 года, вместе с первым снегом, дошла очередь и до меня. С тех пор в день моего рождения хоть одна снежинка, но упадёт с неба на мою голову. Капуста капустой, а акушерку по фамилии Кацеба позвали. Жила она по-соседству с нами, и принимала все роды у моей мамы. Через неделю свозили нас в роддом на часок, чтобы показать врачам и выправить документ о моём появлении на свет.
Отец выбрал мне имя по календарю в память о великом путешественнике Николае Михайловиче Пржевальском. Как и мой знаменитый тёзка, я всё время в пути, всё время в дороге. Около шестисот тысяч километров прошёл, проехал и пролетел по нашему Земному Шарику. А вот в Антарктиде не случилось побывать. Постараюсь исправить этот пробел. Желание есть.
Как воспитать школьника.
Первая моя оценка в жизни была «Кол»!!! То есть единица. Потому, что не хотел в первом классе читать и писать по слогам «ма-ма мы-ла ра-му». Это был сентябрь месяц, осень, теплынь, красота. Я получил свой заслуженный красный «кол» во всю страницу, вышел из школы, проткнул тетрадь ивовым прутом и, размахивая этим «знаменем», пошёл домой…
Вечером получил крепкого ремня. Не помогло… До Нового 1962 года я валял в школе дурака, потому что мне там делать было нечего. И по вечерам втихаря продолжал читать с армейским фонариком под одеялом приличные, на мой взгляд, книги: «Чингизхан», «Конники», «Батый», «Овод»…
Ги де Мопассан, О.Генри, Байрон, Хрестоматия по литературе, Справочник Конструктора по машинам и механизмам познакомили меня с миром взрослых. Очень было обидно, когда в библиотеке отобрали книгу «Денис Давыдов», мол, в первом классе рано такое читать…
Перед самыми Новогодними праздниками отец пошёл в школу на родительское собрание и узнал про мои «успехи в учёбе». ЧЁРНЫЙ трофейный ремень сбитого немецкого лётчика исполосовал мою попу вдоль и поперёк. Три дня: 31 декабря, 1 и 2 января, я лежал с температурой 39градусов…
После такого «урока» я учился только на «отлично». Затем стал неплохим конструктором самолётов в ОКБ имени П.О. Сухого.
Молоко.
Мы выросли на настоящем парном молоке. Родители наши всегда держали дойную корову. Это и спасло семью от голодной смерти в годы войны. В 1945-ом году отец купил чёрно-белую корову Марту.
Новая кормилица стала давать маме до тридцати литров жирного молока в день. Это три полных ведра! Кружка парного молока и кусок хлеба – королевский завтрак для растущих ребятишек. Марту любили все. Когда пастух на исходе дня пригонял стадо с пастбища, то мама встречала нашу красавицу на ближайшем перекрёстке солёной горбушкой хлеба и вела домой. Без этого угощения наша коровка Му-у могла стоять на повороте всю ночь, и требовательно мычать на всю улицу.
Мой самый старший брат Вовка научил Марту быстро бегать и перепрыгивать через солдат, отлавливающих коров для сдачи их в комендатуру за то, что коровы заходили на территорию воинских частей в поисках объедков у солдатских столовых. Обратно корову можно было получить только после уплаты большого штрафа. За эти деньги на лесозаводе можно было купить целую машину дров.
Все ближайшие земли вокруг города были заняты воинскими частями, стрельбищами и полигонами. Поэтому ближайшие пастбища были аж за 10-12 километров. Вовке приходилось вставать в три часа ночи, чтобы выгнать корову в стадо, которое днём пас пастух.
Лето на Востоке очень жаркое. Если кто-нибудь ленился и не доил корову днём, то молоко у неё перегорало, и она переставала доиться совсем. Тогда бурёнку отправляли на мясо. Нам без коровы пришлось бы очень плохо. Поэтому по очереди приходилось каждый день пешком отправляться в полдень на пастбище, чтобы подоить нашу кормилицу. Два больших алюминиевых бидона, полных парного молока и укрытых от жары пучками зелёной травы, вытягивали наши руки до земли.
Дома мама процеживала молоко через двойную прокипячённую марлю, на сепараторе отделяла сливки и делала в духовке топлёную сметану. Мы вручную взбивали сливочное масло, которое обязаны были сдавать бесплатно в Потребсоюз за то, что имели корову. Моя сестра Люся разносила молоко по офицерским квартирам в гарнизоне, зарабатывая сущие копейки. Но мы и им были рады, ведь за них покупали хлеб, а без хлеба обед не обед.
Отец мой, Сергей.
