Он перевёл взгляд на листок, лежащий рядом. На разлинованном глянцевом буклете банка чернели штрихи, сделанные талантливой рукой Василия Васильевича. Лучше бы он в художники пошёл, с усмешкой подумал Миша. Всё-таки как важно для человека найти своё место в жизни. А сам он, Михаил Ордынцев, нашёл это место?
Он вздохнул и, отмахивая от себя неприятные мысли, поднял голову. И вовремя. К подъезду, перед которым стоял его автомобиль, стремительным шагом подходил человек. Он узнал его сразу, даже сверяться по рисунку не пришлось.
– В десятку, Василий Васильич! – прошептал водитель и, вдавливаясь в спинку сиденья, сосредоточенно проследил за тем, как объект его слежки подошёл к двери, звякнул ключом домофона и через секунду скрылся в тёмной глубине подъезда. Дверь за ним закрывалась медленно и плавно, словно не желая возвращаться на место.
Глаза Михаила, повторяя невидимое нам движение незнакомца, стали подниматься наверх – первый этаж, второй, третий… Спустя несколько минут ожидания в окне четвёртого этажа зажёгся свет.
– Ага, – сказал водитель и взялся за ручку дверцы.
К подъезду он подходил не спеша и уверенно, словно имел полное право здесь находиться. Ему повезло – его нагнали звонко цокающие каблучки, и, слегка посторонившись, Миша пропустил вперёд женщину, которая на ходу доставала из сумки связку ключей. Через секунду дверь в подъезд была открыта, и он вошёл вслед за незнакомкой, которая даже не оглянулась на него…
– Всё будет хорошо, Сеня-сан! – уже в который раз повторяла Юки, гладя Ксению по плечу. – Юки знает!
– Тёть Ксень, я тебе чай налил. Выпей… – детская рука подвинула к женщине чашку. – С сахаром!
– Спасибо, Тошечка… – всхлипнула Ксения и улыбнулась японке сквозь слёзы. – И тебе спасибо, Юкочка! Я тоже знаю, что с Лилей всё хорошо будет!
– Да! – кивнула Юки. – Это так есть!
– Тош, достань из буфета вазочку с конфетами. И Юке тоже чаю налей, пожалуйста!
– Я сама! – вскочила Юка и покраснела. – Чай есть женская работа.
Вскоре Ксения, Юки и Тошка устроились в комнате, сидя на подушках прямо на полу. Перед ними, на квадратном коврике, дымились горячим чаем чашки, а сбоку от живописной группки на полу стоял пузатый заварочный чайник.
– Вкусно… – одобрил Тошка, с шумом отхлебнув из своей чашки.
Юки улыбнулась.
В дверь неожиданно позвонили. У Ксении дрогнула рука, и на коврик пролилось несколько медовых капель.
– Я открою! – Тошка стремительно вскочил и помчался в прихожую.
Через несколько минут на пороге комнаты показался новый гость. Он удивлённо застыл, наткнувшись взглядом на странную картину.
– А у нас тут чайная церемония! – похвастался мальчик и потянул гостя за руку. – Проходи, дядь Вить! Мы тебе тоже чаю сделаем! Да, Юки?
– Конечно, Тоша-сан! – японка плавно поднялась с колен и церемонно поклонилась гостю. – Прошу, пожаруста!
– Спасибо, – не сразу ответил ошарашенный Виктор.
– Виктор, есть новости о Лиле? – Ксения попыталась привстать, но была остановлена мягким, но сильным взглядом японки.
– Новости будут ждать. Так? – она посмотрела на гостя.
– Д-да, – кивнул Павлов и слегка покраснел.
– Прошу, пожаруста! – повторила тогда Юки и махнула рукой в сторону стола.
Виктор опустился на пол рядом с Ксенией. Тошка тоже бухнулся на своё место и громко втянул в себя очередную порцию чая.
– Чш-ш-ш, – прошелестела Юки, и мальчишка замер, скорчив уморительную рожицу.
Японка неторопливо принялась колдовать над чайником, а Павлов, чувствуя внутри себя всё нарастающее спокойствие, наблюдал за её плавными завораживающими движениями, не отрывая глаз.
Чай оказался невероятно вкусным. Он, стойкий любитель чайного напитка, никогда такого не пил!
– Волшебно! – с чувством сказал Виктор, расплываясь в блаженной улыбке.
Его слова вызвали лёгкую, почти незаметную улыбку японки. Она склонила голову в знак благодарности.
– Возьми конфету, дядь Вить! – детская ладошка переместила к нему ближе вазочку.
– Я сладкое не люблю…
– А я очень! – Тошка, развернув блестящую обёртку, бросил шоколадный квадратик себе в рот. Бумажка полетела к остальным, коих скопилось рядом со сладкоежкой уже не меньше десятка.
– А вы… – обратился к Юке Павлов.
– Ой, я же вас не представила друг другу! – спохватилась тут Ксения. – Юкочка, это Виктор, он нам помогает Лилю искать. Виктор, а это Юки, подруга моей дочери. Они работают вместе…
– Значит, вы тоже знаете Якова?! – выпалил вдруг Павлов.
– Якова? – в один голос воскликнули обе женщины и переглянулись.
– Якова Борисовича Субботина, – кивнул Виктор.
Тошка при этом имени заметно напрягся.
– Он знает что-то о моей дочери? – охрипшим от волнения голосом спросила Ксения.
– Знает. Только его мы пока тоже не нашли. Они вместе были в аэропорту…
И Виктор принялся, тщательно подбирая слова, пересказывать события четырёхдневной давности. Ксения с Юкой слушали, затаив дыхание, а Тошка ещё больше мрачнел.
