– Какого хрена, Дэныч?! – с интонацией детской обиды воскликнул Вэл.
– Бля, пацаны… – Дэн растерянно сел на пол в нелепой позе.
– Я, блядь, пошел отсюда. – Вэл схватился за голову, протопал в сторону выхода, но тут же вернулся и в ужасе уставился на растекающееся красное пятно. – Дэн, блядь, опять ты!
– Что я? Что, блядь, я-то?!
– Лучше б ты тогда ее замочил вместо того, чтоб насиловать!
– Что ты несешь? Я никого не насиловал, ты что, не понял?
– Дай сюда, – спокойно сказал Мика, протягивая руку.
– Что? – вздрогнул Дэн, как будто забыв о присутствии в комнате третьего.
– Флешку давай!
Мика выхватил плоский серебристый носитель из вялой руки Дэна и подошел к телевизору.
– Бля, братан, не трогай тут ничего! Надо вызвать полицию. Все, допрыгались, – резюмировал Вэл.
Но Мика, никого не слушая, дрожащей рукой взял пульт.
– Пацаны, у меня плохое предчувствие.
– Что, блядь, может быть хуже? – чуть не плакал Дэн.
– Думаешь, она не блефовала? – насторожился Вэл. – Если так, то нужно все уничтожить, а потом сдаться.
– Сдаться? – проскулил Дэн. – И как, бля, мы это все объясним?
– Ну, типа она преследовала нас… Как-нибудь выкрутимся. Мы жертвы обстоятельств, – насколько можно спокойно рассудил Мика.
Он нажал на кнопку «Play», и экран вспыхнул. Друзья замерли, приготовившись увидеть много всего неприглядного и непристойного.
Но когда картина происходящего мало-помалу начала вырисовываться, лица мужчин парализовал первобытный страх. Мика почувствовал предсмертную, удушающую тошноту. Беглого взгляда на лица Дэна и Вэла хватило, чтобы понять, что они испытывают нечто подобное. Даже соседство с только что случайно убитой девушкой не возымело такого эффекта, как лицезрение трех выпачканных в грязи здоровых мужиков, в которых, к огромному ужасу и сожалению, они безошибочно узнали самих себя, потерявших человеческий облик.
– Как бы там ни было, – сказал Вэл через несколько секунд после того, как экран погас, – у нас есть доказательство, что это не изнасилование… Не совсем изнасилование. Она не заявила в полицию и продолжила отношения с нами. С каждым из нас.
– И сделала это с целью шантажа, – подхватил Дэн.
– То есть у нас был мотив, – равнодушно сказал Мика.
– Думать, надо думать, – выдохнул Вэл.
Дэн, весь красный и потный от переживаний, вцепился в телевизор и принялся выковыривать оттуда флешку.
– Какого хрена ты делаешь? – устало спросил Мика.
– Угомонись, чувак, – подал голос и Вэл.
Друзьям пришлось оттащить Дэна от телевизора.
– Это надо уничтожить! – провопил Дэн.
– Ничего нельзя уничтожать, пока мы не решим, как действовать.
Все замолчали. Мертвую тишину, полную тягостных, причиняющих почти физическую боль раздумий нарушила громкая вибрация мобильников Мики и Вэла. Друзья вздрогнули, а Дэн так вообще подскочил от ужаса:
– Что за хуйня?!
– Уведомление о стриме, расслабься дружок, – ответил Вэл, глядя на экран телефона.
Мика машинально открыл приложение – стало интересно, кто работает во время праздника.
– Репортаж с бала. Сейчас узнаем, как там обстановка.
– Кто стримит? – спросил Вэл.
– Странно… Как будто она. Кто-то зашел под ее аккаунтом.
– Может, у нее и впрямь есть подельник? – испуганно предположил Дэн.
На экране появилось ее лицо. Аглая – еще одна Аглая! – включила фронталку и снимала себя и все, что происходит на заднем плане.
– Что за гребаный пиздец?! – взревел Вэл.
Все трое повернули головы в сторону мертвого тела и так же синхронно снова уставились в экран.
Дэн нервно затряс головой. Вэл схватился за бороду. Мика озвучил догадку, которая еще даже не успела окончательно дозреть в его голове:
– Они сестры. И они договорились об этом стриме.
Зазвонил мобильник. Мужчины снова вздрогнули и уставились на диван – туда, где оставила его хозяйка, прежде чем схватить флешку. Экран показывал, что звонит Аглая.
Мика потянулся к телефону.
– Не трогай ничего, умоляю! – заорал Дэн.
– Нужно валить, – напомнил Вэл.
– Она сказала, что если не ответит на звонок, то фото и видео появятся на экране, – напомнил Мика и включил громкую. – Алло.
Тишина.
– Аглая? Кто из вас Аглая?
– Дай трубку сестре. Какого хрена у тебя ее мобильник? – в трубке раздался нервный, незнакомый голос.
– Я не могу дать ей трубку. – Мика сел на угол дивана и потер тыльной стороной ладони лоб, как будто он сильно чесался или болел.
– Так и знала. Сейчас же отпустите ее и верните ей телефон, иначе я предложу гостям бонусный видеосеанс. Как раз все поужинали и вернулись в бар.
– Мне жаль.
– Дай трубку Регине, слышишь, мудак?
– Регине? – Мика покосился в сторону мертвого тела и многозначительно посмотрел на растерянных друзей.
– Слушай сюда, ублюдок: я запущу видео с изнасилованием, если вы не дадите трубку сестре и не выполните ее требования!
– Прошу, остановись! Она мертва. Игра окончена. Вызывай полицию и приезжай сама.
– У нас еще есть время собрать и уничтожить улики, – промолвил Дэн, когда Мика нажал на кнопку отбоя.
