Лари снова принялся носиться кругами по мелководью. Все вокруг со смехом за ним наблюдали, а щенок, чувствуя доброжелательное внимание к своей персоне, старался изо всех сил. Николь боязливо придвинулась поближе к воде, но не решалась ступить, переминаясь с лапы на лапу. Хозяин из воды подначивал Ларика:
– Ты спихни ее! Не стесняйся!
Окружающие с живейшим интересом наблюдали за происходящим. Со всех сторон посыпались рекомендации. Почему-то даже совсем посторонним людям захотелось помочь затащить упрямую собаку в воду.
– Подтолкни сзади с разбега! – советовали Ларику отдыхающие.
Куда там! Щенок плохо понимал, чего от него хотят люди, да и не вникал особо в их слова. Ему и без Николь было хорошо. Не хочет эта воображала с ним играть, обойдемся без нее. Он выскакивал на берег, выписывая восьмерки, носился по траве. Потом снова бросался в воду, разбрасывая фонтаны брызг.
Когда несколько дней спустя мы с ними снова встретились, Николь была настроена более благосклонно, приветливо «поздоровалась» с Лари и даже немного побегала с ним по берегу. С любопытством смотрела, как щенок дрызгается в воде, и, осторожно переступая, соизволила слегка намочить кончики лап.
Плавать она так и не научилась.
Лари оказался на редкость общительным, готов был дружить со всеми собаками, что нас радовало. Настораживали, правда, некоторая бесшабашность и смелость, граничащая с нахальством. Но даже очень злые взрослые псы его не обижали, просто отгоняли предупреди тельным рычаньем.
В нашем присутствии Лари разрешалось свободно гулять по дачному участку. Однако скоро выяснилось, что за щенком нужен глаз да глаз. Самостоятельный малыш быстро освоился, нашел лазейки в заборе и периодически отправлялся на прогулки довольно далеко от дома. Казалось, вот только что он вертелся под ногами, но уже слышен лай с улицы – Лари выясняет с кем-то отношения. Щенок приставал к прохожим, гонял чужих кошек, лез ко всем собакам. Как-то раз его обнаружили на стройке у соседей: Лари заинтересовался строительными работами и с особым вниманием наблюдал за бульдозером. Беглеца каждый раз возвращали домой, но при первой возможности упрямец снова отправлялся путешествовать.
К моему ужасу, Лари нашел себе еще одну «забаву» – гоняться за машинами и велосипедами. Завидев издали любое транспортное средство, он затаивался, а когда машина подъезжала ближе, выскакивал и с лаем мчался следом. За это мы его наказывали: сажали на привязь, запирали в доме. Однако такие воспитательные меры не действовали. Вырвавшись на свободу, упрямец продолжал свои рискованные проказы.
И еще от одной дурной привычки мы не могли его отучить: тащить в рот все подряд, всякую пакость, которую ему удавалось отыскать на улице. Особенно удивляло его пристрастие к окуркам. Сначала мы обратили внимание на странный запах, идущий от щенка. Оказалось, что Лари с упоением жевал остатки сигарет и возвращался, «благоухая» табачными ароматами. Однажды он обнаружил на дороге около нашей калитки целую кучку окурков. Похоже, кто-то вытряхнул автомобильную пепельницу. Когда мы нашли щенка, он поглощал «лакомство». Мусор мы убрали, но Лари периодически бегал проверять – вдруг окурки опять появились? Как бы не пропустить!
Днем Лари иногда приходилось оставаться одному. Мы с мужем, помня, как категорически отказывался оставаться один Снупи, готовились к такой же проблеме, но оказалось, что у Лари устойчивая нервная система и уход хозяев из дома не ввергает его в состояние паники.
Мы нарадоваться не могли – надо же, какой умница! Но однажды, подходя к своему участку, увидели Ларика, разгуливающего на улице: сообразительный щенок научился вылезать из дома. Специально для кошек в комнате возле окна стояла тумбочка, а снаружи к стене дома были прибиты на разной высоте две полки, служащие ступеньками, – так удобнее запрыгивать с улицы. Лари разработал свой маршрут: он залезал на кровать, оттуда перебирался на тумбочку, с нее – на подоконник, а потом по кошачьим ступенькам спрыгивал на землю. Пришлось, уходя, закрывать и окошко тоже.
Однажды произошло событие, показавшее Ларику, что на улице его могут подстерегать разные опасности. Не могу утверждать, что это происшествие образумило щенка, но, кажется, немного озадачило.
Кот Петя был из наших котят: младший брат Аси. Он подружился с хозяевами дачи и частенько хаживал к ним в гости. Даже с хозяйским Грантом нашел общий язык. Как-то само собой решилось, что Петя останется в деревне.
Нас Петя не забывал. Зимой он отсыпался, отъедался, весной отправлялся в загулы. Но, по словам хозяев, ближе к лету переходил в «режим ожидания»: подолгу лежал на пороге домика, провожая взглядом каждую машину. Когда мы появлялись, Петя на лето переселялся к нам, полагая, что имеет на это полное право. Поначалу возникали конфликты, но в конце концов Петя вливался в коллектив, и, не считая небольших, в общем-то неизбежных стычек, все жили довольно дружно.
