– Нет-нет! Все идет по плану. Практически все препятствия и следы устранены.
Писк.
– Конечно, – кивнул человек.
Он вернулся к машине и положил тамагочи на капот. Присев рядом, он достал из кармана мобильный телефон – тоже вызывающе дорогой, стильный, не толще детского мизинца. Крышка отскочила от легкого щелчка.
– Доктор Норсмор? – сказал человек. – Как я рад вас слышать!
– Взаимно, – голос аптекаря дрогнул.
– У меня для вас хорошая новость! Не сомневаюсь, вы будете счастливы.
– Да?
– Прямо сейчас я стою под одной вывеской… Никогда не догадаетесь, что на ней написано.
– Представить не могу, – согласился Норсмор.
– Добро пожаловать в Спектр!
Аптекарь всхрипнул. Довольно ухмыляясь, человек посмотрел на ногти на правой руке и резко сжал кулак.
– Да-да, именно так, – сказал он. – Не ждали?
– Не ждал…
– Надеюсь, вы выполнили мою просьбу?
– Не совсем, – тихо ответил Норсмор. – Это же не так быстро. Но я сделал все, что
Человек нахмурился.
– Как ваш менеджер, должен сказать, – вы меня огорчаете.
В трубке некоторое время раздавалось только сиплое дыхание. Человек снова принюхался и далеко-далеко уловил резкую вспышку страха, запах выступившего на спине холодного пота.
– Нужно еще время…
– Надеюсь, не слишком много?
– Что вы! До утра мы управимся….
– Вы же знаете, как мы на вас рассчитываем, – напомнил человек.
– Конечно-конечно. Я прило…
– Тогда, – до скорой встречи, – человек нажал отбой.
Тамагочи подал голос.
– Он сделает, – сказал человек. – Боится, потому и сделает. Лучшего надсмотрщика, чем страх не бывает. Это ваши слова.
Человек еще раз посмотрел на город. Те, кто не боится – им не нужны. Те, кто сует нос не в свое дело – опасны. Те кто не нужны и опасны – обречены.
Писк. Человек вздрогнул.
– Вы уверены, что сейчас стоит? Может немного подождать?
На экране замигали три восклицательных знака. Вздохнув, человек достал из кармана бутылочку патентованного бальзама «Кровь Дракона».
– Как скажете…
Отвинтив крышку, он плеснул бальзам прямо на экран. Красная жидкость зашипела и запенилась, впитываясь в целлулоидную пленку. Зрелище было настолько неприятным, что человек отвел взгляд. И только вздрагивал, слушая хлиплое чавканье. Словно кто-то всасывал со стола лужицу пролившегося кофе. Когда он опустил взгляд, дракончик спал, раздувшись как обожравшийся клоп. Человек глубоко вздохнул.
– Не сомневайтесь, господин Кабот, мы вернем вам тело.
Он сел в машину; дверь плавно опустилась. Взревев, автомобиль устремился к городу. На асфальте остались лишь темные полосы от шин да крошечные капельки «Драконьей Крови»…
Встрепанный енот, который за пару секунд до появления машины удачно перебрался через дорогу, выкарабкался из канавы на обочину. Отряхивая мокрую шерсть, он долго смотрел вслед удаляющейся красной точке. Затем подхватил зубами пойманную только что ящерку и поспешил в лес.
– Есть разговор, – сказал Краузе, когда Наткет открыл дверцу машины. Голос механика был вызывающе серьезен.
– Что-то случилось?
– Не здесь, – Большой Марв кивнул в сторону видневшейся в отдалении башни.
Наткет невольно обернулся. Краузе что, боится, что Гаспар сможет их подслушать? Если б у астронома были слоновьи уши, чего Наткет не заметил, и то сомнительно.
– В гавани есть одно кафе, без лишних глаз и ушей. Поехали, там поговорим, – возражения не принимались.
Наткет жалобно покосился на пассажирское сидение. И каким образом Краузе собирается втиснуться в «Жука»? Или он залезет на крышу? Другого решения этой топологической задачи Наткет не видел.
Большой Марв решил ее без особого труда: с гибкостью поразительной для человека его комплекции он забрался в машину – почти перетек, словно его тело на две трети состояло из ртути. Машина поприветствовала пассажира глухим скрипом и заметно просела.
– Знаешь кафе «У Боша»? – спросил Краузе. Наткет покачал головой.
– Ладно, сейчас езжай прямо, я скажу когда поворачивать.
– Так что, все-таки, случилось? – снова спросил Наткет, заводя мотор.
– Я же сказал, приедем – поговорим.
Наткет вздохнул. Ну что за конспирация? Приемчики из дешевых шпионских романов. В машине-то кто может их подслушать? Если она и нашпигована жучками как пудинг изюмом, то сделать это мог только сам Краузе. И лишь затем, что жучки в «Жуке» – забавный образ. Но, судя по суровому лицу Большого Марва, тому было не до шуток.
Ехал Наткет медленно, опасаясь что под весом Большого Марва машина развалится на части. Краузе эта скорость бесила. Он не сказал ни слова, но весь извертелся. То принимался выстукивать по панели замысловатый ритм, то оборачивался и подолгу глядел в заднее стекло. Должно быть высматривал слежку. Но шоссе было безлюдно, как Сахара июльским полднем. Ветер кружил вдоль обочины пыльные смерчики.
