– Как сажа бела. Вот вожусь с тестом.
– Плохой знак. Выходит, никакой надежды на лучшее будущее. – Ухватив одно из кухонных полотенец, он вытер лицо.
– А что случилось с зонтом?
– Оставил ребятам.
– Ричард, он же громадный. Думаешь, Пол с ним справится?
– Ну конечно нет, – «успокоил» ее Ричард, – сильный ветер подхватит зонт и унесет далеко-далеко, и мы никогда больше не увидим наших детей. – Он подмигнул. – Это как раз и входило в мои планы. Не так уж я глуп. – Ричард прошел в кабинет и закрыл дверь.
Кэсс поставила торт в духовку, начистила картошки и моркови, залила овощи водой и прикинула, сколько времени потребуется, чтобы приготовить ростбиф, переоделась, вынула торт и поставила его остудиться. Тут и раздался звонок в дверь.
Пришел Вивальдо – в черном плаще, с взлохмаченных волос стекали капли дождя. Лицо бледнее, а глаза чернее обычного.
– Привет! – воскликнула Кэсс. – Как чудесно, что ты смог прийти! – И она втянула Вивальдо внутрь квартиры, не дав ему застрять на пороге. – Оставь мокрые вещи в ванной, а я тебе тем временем чего-нибудь налью.
– Умная девочка, – слабо улыбнулся Вивальдо. – Господи, ну и наследил же я. – Он скинул плащ и исчез в ванной.
Кэсс подошла к двери кабинета и постучала.
– Ричард, Вивальдо уже здесь.
– О’кей. Сейчас выйду.
Она наполнила две рюмки и внесла их в гостиную. Вивальдо, вытянув длинные ноги, сидел на диване, неподвижно глядя на ковер.
Кэсс протянула ему рюмку.
– Как чувствуешь себя?
– Нормально. А где ребятки? – Он осторожно поставил рюмку подле себя, на низкий столик.
– В кино. – Она пристально смотрела на него. – Может, все и нормально, но я видела тебя и в лучшей форме.
– Ну, что тебе сказать… – опять та же слабая улыбка, – наверное, еще не совсем протрезвел. Надрался вчера с Джейн. Пока не напьется до чертиков – бревно бревном в постели. – Взяв рюмку, он сделал глоток, вытащил из кармана помятую сигарету и закурил. Он выглядел таким печальным и убитым, когда сидел вот так, ссутулившись, с дымящейся сигаретой в руке, что у Кэсс слова не шли с языка.
– А где Ричард?
– Сейчас выйдет. Он в кабинете.
Вивальдо еще немного отхлебнул из рюмки, он явно хотел завязать разговор, но не знал, с чего начать.
– Вивальдо?
– Да?
– Руфус ночевал вчера у тебя?
– Руфус? – Вид у него стал испуганный. – Нет. А что?
– Звонила его сестра. Спрашивала, где он.
Они молча смотрели друг на друга, и растерянность Вивальдо вызвала у Кэсс новый прилив мучительного страха.
– Куда он пошел? – спросила она.
– Кто его знает. Я думал – в Гарлем. Он так неожиданно испарился.
– Вивальдо, она придет сюда сегодня.
– Кто?
– Его сестра, Ида. Я сказала, что вчера вечером Руфус остался с тобой, и пообещала, что днем ты будешь у нас.
– Но я не знаю, где он. Мы сидели в дальнем зале, я разговаривал с Джейн, а он вскользь бросил, что идет в туалет или еще куда-то. И не вернулся. – Он поднял на нее глаза, потом перевел взгляд на окно. – Куда он мог пойти?
– Может, встретил друга.
Вивальдо даже не потрудился прокомментировать это предположение.
– Не мог же он подумать, что я выставлю его на улицу. Мы с Джейн прекрасно устроились бы у нее.
Вивальдо швырнул сигарету в пепельницу. Кэсс молча следила за ним.
– Никогда не понимала, – мягко заметила она, – что Джейн от тебя надо. Или, скажем, тебе – от нее.
Вивальдо погрузился в изучение своих неровно подстриженных, не очень чистых ногтей.
– Сам не знаю. Думаю, просто хотелось, чтобы у меня была женщина, с которой можно коротать долгие зимние вечера.
– Но она намного старше тебя. – Кэсс взяла его пустую рюмку. – Она и меня-то старше.
– Это неважно, – угрюмо пробурчал он. – Мне нужна женщина, которая знала бы, что к чему.
Кэсс немного подумала.
– Да, – произнесла она наконец, – эта женщина знает, что к чему…
– Мне нужна женщина, – буркнул Вивальдо, – а ей – мужчина. Что в этом плохого?
– Ничего, – промолвила она. – Если именно это вам обоим надо.
– Ты думаешь, я притворяюсь?
– Не знаю, – сказала Кэсс, – право, не знаю. Только, я уже говорила, около тебя всегда вьются жуткие бабы – проститутки, нимфоманки, пьяницы, и мне кажется, ты путаешься с ними, чтобы спрятаться от настоящего чувства. Всерьез и надолго.
Вивальдо вздохнул и улыбнулся.
– Ну вот, а я как раз хотел влюбиться в тебя.
Кэсс рассмеялась.
– Вивальдо, ты невозможен.
– Ведь мы с тобой друзья, – сказал он.
– Ну конечно. Но ты всегда смотрел на меня как на жену своего друга. И не думал обо мне как…
– …о женщине, – закончил он. – Не будь так уверена.
Она густо покраснела; его слова вызвали у нее раздражение, но почему-то были и приятны.
– Я не говорю о твоих сексуальных фантазиях.
– Я всегда восхищался тобой, – сказал он спокойно. – И завидовал Ричарду.
– Давай лучше сменим тему, – попросила она.
Вивальдо промолчал. Кэсс со звоном перекатывала лед в пустом стакане.
– А что мне делать? – проговорил он. – Я не монах. Бегать в негритянские кварталы и за деньги…
– Значит, в негритянские? – улыбнулась она. – Примерный американец.
Ее слова разозлили Вивальдо.
