Другая страна полностью

– Значит, Эллис… потом редактор Ричарда. Еще какой-то писатель, забыла фамилию. Наверное, с женами, – Кэсс отпила из своей рюмки; выглядела она не лучшим образом, вид у нее был усталый. – Ума не приложу, зачем нам все это надо. Главное, конечно, из-за этого телевизионщика. Хотя в понедельник издатели Ричарда устраивают в его честь прием в издательстве, там он и так всех увидит.

– Встряхнись, старушка, – сказал Вивальдо. – Тебе придется привыкать ко всей этой суете.

– Видимо, ты прав. – Кэсс лукаво глянула на них и прошептала: – Но они все такие глупые, просто поголовно. И еще важные, только что не лопаются от важности.

Вивальдо не удержался от смеха.

– Осторожней, Кэсс. Это пахнет изменой.

– Знаю. Они поддерживают книгу, это верно, возлагают на нее большие надежды. Кстати, вы еще не видели ее? – Кэсс подошла к дивану, где в беспорядке валялись газеты и книги, и задумчиво взяла в руки одну из них. Потом вернулась к ним: – Вот, смотрите.

Она положила книгу на бар перед Идой и Вивальдо.

– Роман получил хорошую предварительную оценку. Обычные формулировки – «высокохудожественный», «зрелый», «захватывающий» и все прочее. Ричард покажет вам вырезки, даже сравнивали с «Преступлением и наказанием», видимо потому, что в основу обоих романов положена простая история. – Вивальдо грозно взглянул на нее. – Я только цитирую.

Прорвавшиеся сквозь тучи солнечные лучи залили комнату ярким светом. Гости склонились над книгой. Кэсс тихо стояла поодаль.

Оформление было предельно скромным – неровные алые буквы на темно-синем фоне гласили: «Удавленник». Криминальный роман Ричарда Силенски». Вивальдо внимательно осмотрел суперобложку. На одном ее клапане излагалась завязка романа, с другого на него глянуло открытое, добродушное лицо Ричарда. В тексте под фотографией вкратце сообщалась информация об авторе от рождения до настоящего времени: «Мистер Силенски женат и имеет двух сыновей, Пола (11) и Майкла (8), живет в Нью-Йорке».

Вивальдо отложил книгу, теперь ею завладела Ида.

– Прекрасно, – сказал он Кэсс. – У тебя есть все основания гордиться мужем. – Он взял ее лицо в свои руки и поцеловал в лоб. Потом поднял свой стакан. – В том, что книга наконец обретает форму, оказывается в обложке, всегда есть нечто чудесное. И если ты еще видишь на ней свое имя… Думаю, это упоительно.

– Да, – сказала Кэсс.

– Сам скоро узнаешь, – проговорила Ида, внимательно разглядывая книгу. Вдруг она вскинула голову, загадочно улыбаясь. – Могу поклясться, я обнаружила здесь информацию, неведомую тебе, – обратилась она к Вивальдо.

– Невозможно, – отрезал он. – Я знаю все о Ричарде.

– На твоем месте я не была бы таким самоуверенным, – сказала Кэсс.

– Голову даю на отсечение, что ты не знаешь полного имени Кэсс.

Кэсс рассмеялась.

– Он знал, но забыл. – Вивальдо посмотрел на Кэсс.

– Ты права. Забыл. Так какое же оно, твое полное имя? Помню, оно тебе вроде как было неприятно, поэтому никто тебя так и не называл.

– Ричард как раз здесь и назвал, – сказала она. – Наверное, чтобы подразнить.

Ида показала Вивальдо страницу с посвящением: «Клариссе, моей жене».

– Забавно, правда? – И повернулась к Кэсс: – Вы нас дурачите, детка, вы совсем не похожи на женщину, которую могут звать Кларисса.

– Вот правда и вышла наружу, – улыбнулась Кэсс и взглянула на Вивальдо. – Кстати, ты не обратил внимания на небольшое сообщение в сегодняшней театральной рубрике? – Она подошла к дивану, подняла одну из газет и передала ее Вивальдо. – Вот смотри. Эрик возвращается.

– А кто такой Эрик? – поинтересовалась Ида.

– Эрик Джонс, – ответила Кэсс. – Наш друг, актер, последние пару лет жил в Париже. Этой осенью снова появится на Бродвее.

Вивальдо прочитал: «Ли Бронсон пригласил Эрика Джонса, игравшего три сезона назад в «Королевстве слепых», спектакле, имевшем недолгую сценическую жизнь, на роль старшего сына в пьесе Лейна Смита «Рай для охотников», которая пойдет на Бродвее с ноября».

– Вот сукин сын, – сказал Вивальдо с довольным видом. – Эрик что-нибудь писал вам? – обратился он к Кэсс.

– Нет, давно уже не было никаких известий, – отозвалась она.

– Приятно будет его повидать. – Вивальдо взглянул на Иду. – Тебе он понравится. Руфус его тоже хорошо знал, мы все были добрыми друзьями. – Он сложил газету и небрежно бросил на бар. – Все как один прославились, черт подери, кроме меня.

В комнату торопливо вошел Ричард, он выглядел очень моложаво в потертом свитере с выпущенным наружу воротничком тенниски, в руках он держал ремень.

– Сразу ясно, чем ты только что занимался, – улыбнулся Вивальдо. – Кроме того, мы все слышали.

Ричард бросил смущенный взгляд на ремень и швырнул его на диван.

– По назначению так и не использовал. Только пригрозил. А надо бы всыпать как следует. – Он обратился к Кэсс: – Что с ним случилось? Раньше такого не было.