– Анекдот-то слышал про нашего радиста? – спросил Рафии. – Сирийский самолёт терпит бедствие. Командир самолёта обращается в радиоэфир: "Всем! Всем! Всем! В моём самолёте отказал один двигатель. Необходима аварийная посадка. Я обращаюсь ко всем странам Ближнего Востока, кроме Израиля." В ответ полная тишина.
Немного погодя летчик понял, что выбора не осталось, самолет уже падает и орет в эфир следующее обращение: "Всем! Всем! Всем! В моём самолёте отказал три двигателя. Мы на грани крушения. Необходима аварийная посадка. Я обращаюсь ко всем странам Ближнего Востока, включая Израиль."
И тут наконец – то в радиоэфире раздался голос: "Приветствуем. Шалом! Говорит Моше Файнштейн. Мы бы хотели помочь вам."
– "О! Аллах благословит вас! Спасибо! – ответил сирийский пилот и продолжил: "Что нам следует делать?"
– "Повторяйте за мной: "Итгадаль ве иткадаш…"[31]
Наконец радист подбежал, язык на плече:
– Товарищ полковник, тебя срочно вызывают.
– Кто? – с подозрением спросил я.
– «Могила».
Приклеилась эта кличка к Омеру еще с довоенных лет за очень конкретную ночную резню, когда его напарника застрелили, а он на следующую ночь вернулся и пятерых прикончил. Упорно ходили слухи, что его клиенты не выживают. Но и свои резво от него шарахались. Сколько лет его знаю, ничего такого ужасного не замечал, в сравнении, конечно. Среди первого набора ангелов не было вообще, крови у большинства за спиной, если не по колено, то уж точно по локоть, а парочку не мешало бы в дурдом запереть и ключ выкинуть. Но все-таки репутация – великая вещь! Даже Моше резво поскакал выполнять указания. Меня он совершенно не боится – максимум, изображает, пока за угол не завернет.
– Ты меня хорошо слышишь? – очень чисто спросила рация знакомым голосом.
– Я тебя прекрасно слышу, Омер, – подтверждаю.
– Большой шанс, вариант гимел.
– Есть подтверждение?
– На все сто процентов. За тобой вышла машина, минут десять-пятнадцать.
– Мне дадут коридор?
– Нет. Он уже здесь. Твоя задача без изменений. Будем решать, что переделать, зеленые уходят.
Я прикрыл глаза от слепящего солнца и вытянул ноги со вздохом.
– Что ты смотришь на меня, как кот на валерьянку? Тебе уже не пятнадцать, чтобы кидаться на ярко блеснувший осколок бутылочного стекла.
– А у тебя глаза на затылке? – спросил Рафи.
– Сколько лет я тебя знаю? Если неправильно понял, ты так и скажи… Слушай внимательно – через несколько дней, об этом все равно каждая собака знать будет. Но если раньше времени слухи пойдут, я не посмотрю, что мы с тобой давно знакомы, сам запихаю тебя в военную тюрьму. Тебе какая больше нравится, в Ришоне или Атлите?
– Мне и так неплохо, – пробормотал он.
– Я знаю, что евреи самый свободолюбивый народ на свете. Кого не спросишь, никто в тюрьму не хочет… В Ираке военный переворот. Короля со всей семьей отправили на встречу с Аллахом. Что у нас было 14 февраля 1958 г?
– Э… Королевства Ирак и Иордания объединились в Арабскую Федерацию. Главой нового государства становится король Ирака Фейсал II, – бодро отрапортовал Рафии.
– Молодец, – кивнул я. – Если Фейсала больше нет, кто глава Федерации?
– Хусейн?!
– Ты догадался. Кто бы не стоял во главе заговора, завтра он побежит подписывать договор о военной помощи с Насером, и Багдадскому пакту конец. Хусейну будет очень плохо. Идти на прямой союз с Израилем он не может – зарежут, входить в блок с ОАР боится, будет то же самое рано или поздно. У него есть один очень простой выход. Войти в Ирак навести там свой порядок.
– Так пока иорданцы будут добираться до Багдада, вся иракская армия там соберется. Ничего не выйдет.
– Правильно. Не даром погоны носишь. Поэтому есть негласная договоренность на подобный пиковый случай. Мы, правда, не рассчитывали на убийство всей семьи Фейсала, но так даже лучше. Не будет проблем с престолонаследием. Никаких путешествий через пустыню на танках. Мы даем транспортные самолеты, быстро-быстро перекрашиваем опознавательные знаки на английские и иорданские и высаживаем пару иорданских бригад прямо в Багдадском аэропорту. Если не выгорит – он конченый человек. Если получится, а это шанс, и шанс большой – полное объединение двух государств. Условие с его стороны одно – нас в Ираке нет. Все делают бедуины Его Королевского Величества. То, что он сам прилетел, а не стал дожидаться посланца от нас – это значит, что у него все готово и нужны только самолеты.
– А кто тогда зеленые?
– Почему собственно у тебя такой хороший слух? – недовольно спросил я. – От бесконечной стрельбы ты давно должен был оглохнуть. Чем занимается Замир, знаешь?
– Как ни удивительно, только странные слухи. Вроде всех арабов, бедуинов и друзов из спецназа погранвойск убрали.
