Чаг впился зубами в копчёное мясо. Боже! Как вкусно! Опыт двух предыдущих войн даёт о себе знать, Чаг торопливо схватил с тарелки кусок хлеба. Утус Борп услужливо налил полную кружку забористого прохладного кваса. Пока война не закончится, пока войска Федерации не повернут домой, ничем другим кроме «похлёбки» питаться не придётся. Пусть синтетическая еда очень питательная и полезная для здоровья, только на вкус гадость гадостью. В лучшем случае где-нибудь на базе, в подземном убежище под Северным плоскогорьем, получится перехватить кружечку другую чайку без сахара. А так, быстрей всего, придётся довольствоваться очищенной водой с металлическим привкусом. Пока есть такая возможность, Чаг надломил свежий огурец, нужно питаться настоящей едой.
— Ты уж прости, — утус Борп поставил на стол прозрачную бутылку, — тебе не налью.
Утус Борп одним глотком опрокинул стограммовую рюмку водки и даже не крякнул.
— Думаешь, поди, почему я на тебя не сержусь, — утус Борп захрустел свежим огурчиком.
В ответ Чаг коротко кивнул.
— Я прекрасно понимаю тебя, зятёк. Я даже предвидел твой побег, — утус Борп вновь наполнил рюмку.
В более мирной ситуации Чаг давно бы и с превеликим удовольствием женился бы на Пиане. Ну а если повезёт, то и на Слуре тоже. Закон нарушают в основном мужчины. Не так давно почти одних мужчин ссылали на Дайзен 2. По этой причине женщин в колонии не хватает. Не то, чтобы сильно и заметно, но вполне достаточно, чтобы убеждённый холостяк прослыл безнадёжным неудачником. Женщина, жена, существенно повышает социальный статус мужчины и его авторитет в глазах окружающих. Обычно после получения диплома об образовании и обустройства на рабочем месте, каждый молодой человек стремится обзавестись спутницей жизни как можно быстрее.
Чаг с трудом, через силу, проглотил едва разжёванный кусок окорока. Было противно и очень неприятно отойти от общепринятого шаблона. Будь он просто хорошим инженером или расторопным чиновником, проблем бы не было. А так… Солдат, профессиональный военный Народной армии самообороны Дайзен 2. Даже хуже: специально обученный партизан, смертник почти со стопроцентной гарантией. Очень, очень, очень не хочется оставлять после себя вдову с ребёнком. Если повезёт вернуться с войны живым, то будут и жена, и дети. Если нет, значит не судьба.
Пусть родители называют Пиану и Слуру его невестами, а утус Борп упорно зовёт зятем, но вчера днём, сразу после дурных новостей, Чаг наотрез отказался оформлять отношения в пожарном порядке, сколько сёстры его не уговаривали при молчаливом попустительстве отца. Чтобы вновь не отказывать любимым женщинам в законном браке, Чаг и решился на тайный побег рано утром, пока все спять. Все, кроме самого утуса Борпа, как выяснилось.
— Не хочешь, очень не хочешь растягивать сомнительное удовольствие от долгих проводов, — утус Борп поставил пустую рюмку на стол. — Это правильно: нет ничего хуже бабских слёз. Но прежде, чем ты покинешь мой дом, ты должен кое-что знать.
Что? Что ещё: Чаг шумно прокашлялся, отличное мясо едва не встало поперёк горла.
— Помнишь, как Пиана и Слура дрались из-за тебя? — утус Борп забросил в рот кусок сыра.
— Такое забудешь, — Чаг машинально потёр правую скулу. — Нам с вами потом пришлось полки в ванной перевешивать.
— Верно, — утус Борп усмехнулся. — А ты никогда не думал, почему это они вдруг помирились?
— Ну-у-у… — неуверенно протянул Чаг. — Закон и обычай разрешают многожёнство. В некотором смысле двум женщинам в одном доме проще, особенно если они родные сёстры. Так, вроде.
— Верно, но не совсем, — утус Борп вновь стал серьёзным. — Видишь ли… Незадолго до твоего приезда в отпуск они обе вдруг осознали: ведь ты можешь не вернуться с войны. Это раньше, до независимости, мужчин было заметно больше женщин. А теперь разница куда как меньше. Космические пехотинцы, чтобы их, постарались.
В горле запершило, Чаг вновь наполнил кружку прохладным квасом. Утус Борп вроде как не ругается, даже не сердится. Однако его слова, а особенно тон, продирают до костей.
— И поэтому они решили… — утус Борп отвёл глаза, — продлить твоё существование в этом мире единственным возможным способом — родить от тебя ребёнка, двух детей.
— Что?! — Чаг резко вскочил на ноги, утус Борп дёрнулся от неожиданности.
— Да, Чаг, это так. Прошу, сядь на место.
Чаг послушно опустился обратно на стул. Аппетит пропал начисто.
— Полгода назад мои дочери перестали принимать противозачаточные. Мне прямо так и заявили: «Папа, не вздумай проболтаться».
— Так они что… — Чаг медленно повернул голову в сторону двери из кухни, от волнения слова застревают в горле, — обе…, беременные?
— Ну-у-у… — утус Борп лукаво подмигнул, — быстрей всего да.
Вот оно что! Чаг шлёпнул сам себя по разгорячённому лбу. Теперь понятно, зачем, с какой целью, Пиана и Слура прямо в постели едва не вытряхнули из него душу. И… Господи!
