– …и кусок берега, да. Приличный. Но вроде пристань здесь строить все равно не дадут, а поближе подплыть можно.
– Уже интересно. А откуда у вас это все и в чем подвох?
Магон потер нос. Тихий выругался, но весело.
– Ну, я тут со скуки в тонк с ребятами перекинулся. – На роже Магона появилось выражение: «А они первыми начали». – Они сами просили. Со скуки. Ну и как поперло, как поперло…
– Он какие-то твои бумаги на кон поставил, – наябедничал Тихий.
Старшой поднял брови.
– Ну те твои: «Отдано на сохранение и умножение»… – осклабился Магон. Командир уже ржал, держась за живот.
– А если бы проиграл? Куда бы они за ними пошли?
– Их жадность погубила. Все-таки десять тысяч на кону.
– «Ночные», что ли? Местные?
– Да так… шантрапа. Но проигрались прилично. У кого-то хозяйство за долги отжали, все равно продавать. А тут мы нарисовались.
– Я понял тебя, катала ты старый. А в чем геморрой?
– Так нас мало… Я боялся, что сегодня или завтра ночью они попытаются это отыграть. Но уже без карт, а так, мечами. Так что ты, как всегда, вовремя, Старшой. Вас много?
– Если всех считать – человек девяносто. Хватит?
– Не то слово, командир. Как я рад вас видеть! Всех. Девяносто человек. Но вас с Сержантом – больше всех.
– Давай показывай, куда рулить. Шкипер, мы рано встали на якорь.
– Я уже понял, командор.
Подплыли к нашему берегу. К
Подошли почти к самому берегу. Начали заводить галеры вперед для разгрузки. Старшой подошел к Кэпу и Юлу, которые, свесившись вниз и матерясь, пытались командовать гребцами.
– Шкипер, а галеры могут подойти вплотную?
– Конечно, командор, у них осадка втрое меньше.
– Послушайте: раз нельзя делать постоянную пристань, давайте сделаем плавучую?
– Как это? – Юл развернулся к нам.
– Одну галеру ставим к берегу, вторую – подальше от нее, на якорях. Между ними стелим настил из досок, и шхуны швартуем уже к ним. Не надо будет париться с разгрузкой: сразу на берег будем скатывать. И сходить.
– Здорово. Но долго.
– Так нас народу вон сколько, до вечера сделаем. Тихий, материалы у вас в хозяйстве есть?
– Найдем. Там один сарай все равно надо разбирать. Сделаем.
Сделали. Местные обалдели от такой наглости. Сделать свой причал для шхун, не нарушая законов… В другое время, я думаю, нам бы это запретили, но поднятый на пакгаузе флаг, под которым копошились сто человек, и две трети из них – в броне и с оружием… и по многим рожам видно, что они этим оружием умеют пользоваться. Старшой с бароном сразу пошли к городскому главе. С визитом вежливости. Под охраной десяти человек. Чего они там терли, не знаю, но вернулись не сильно расстроенными, хотя барон шипел и подпрыгивал, что-то вспоминая.
Ну и завертелось… Переговоры с местными купцами. Мимо. Стычка с «ночными», или как они здесь называются. Удачно. Переговоры, разговоры, намеки, раздача контулукских кабанов в качестве обещаний. Ругань, ругань, еще раз ругань.
– Магон, нужна информация по местным кланам. Не может быть, чтобы всех устраивало господство Южного товарищества. – Старшой, сильно уставший, сидел, откинувшись на спинку лавки. Напротив нашего хозяйства стоял большой кабак «Кабаний приют». Заходили туда иногда промочить горло.
– Есть, конечно, но кто боится, кто просто не знает о нас и о том, что нам нужно. – Магон чистил тесаком какой-то южный плод с непередаваемым названием. Но в жару под пиво – просто прекрасно, даже без названия.
– Все равно. Нам нужно здесь на кого-нибудь опереться. Думайте.
Легко сказать «думайте»… Декады летели одна за другой. Барон, забрав почти всех наемников, ушел на «Злюке» и «Вредине» в Узант с письмом к Гренну. Оттуда они должны были идти отвоевывать восьмую заставу.
Из своей комнаты спустился Старшой; я как раз вместе с Братьями распекал молодых за грязь во дворе.
– Сначала – грязь, и не убрали, затем – болезни, и поумирали. Прихожу вечером – и удивляюсь! От чистоты и порядка. Иначе будете всю ночь тренировать погрузку на шхуну в полном боевом.
– Правильно. – Командир встал за спиной.
– Старшой. Граф, – приветствовал я для порядка.
– Вольно. Одевайся в полное. Братья – тоже. Еще кого-нибудь возьмите.
– Драка?
– Надеюсь, что нет. Посланник Южных островов попросил о встрече на нейтральной территории, но всякое бывает. Недалеко, в «Кабаньем приюте».
– Понял. Братья, Тихий. Барсук и Магон в прикрытие; ну, как всегда.
Пришли. День, в кабаке из посторонних никого. За центральным столом сидит высокий мужчина; мне показалось, что я его уже где-то видел. Старшой тоже вздрогнул, но ничего не сказал. Рядом с ним молодой парень в доспехах, очень похожий на него лицом. Охрана, несколько человек, разместилась за правым длинным столом. Наши сели за левый.
– Ваша светлость, – приветствовал его Старшой, – это ваш сын или младший брат? Извините за вопрос.
– Спасибо, что пришли, граф, – посланник встал, – это мой сын, теперь он младший из баронов Вторров.
