Пошептавшись с командиром, Юл остался очень доволен. Видно было, что его прямо распирает изнутри, что-то он хотел не рассказать, а именно узнать у Старшого. Поклонившись, старый пират, если, конечно, намеки шкипера – правда, взбежал на корму. «Вредина», которая заходила то справа, то слева от нас, снова придвинулась к нам. С ее носа прилетела легостная шишка с концом, Юл живенько выбрал слабину – оказалось, что конец привязан к мачте – оттолкнулся ногами (на «Вредине» трос еще подобрали), и по большой дуге новый капитан перелетел на борт своего судна. Мы все ахнули. Шкипер покачал головой, но усмешка была горделивая: вот, мол, вам, крысы контулукские… то есть сухопутные.
Снова собрались вместе в каюте у шкипера уже за день до прибытия в Южный порт. Ветер стих. Вечером встали бортами всеми кораблями, в середине «Злюка» убрала реи, чтобы не цеплять рангоутом другие корабли. И теперь более быстрые «подружки» аккуратно тащили ее, зажав с двух сторон.
Кок блеснул мастерством, сварив шикарный грог. Даже Старшой тянул потихоньку.
– Сколько нам еще до порта? – спросил он.
Марун, капитан «Лисы», вскинулся отвечать, но, взглянув на Кэпа и Юла, удержался.
– Сутки – при таком ветре, ваша светлость, – и шкипер кивнул мне на кувшин. Подлил всем еще понемногу.
Старшой накрыл свою кружку ладонью.
– Мне хватит: я буйный, когда пьяный – ты же знаешь. – Командир подмигнул Маруну, который вытаращил глаза от такого заявления. – И хватит меня называть «светлостью», мне еще не хватало корроннского суда за присвоение титулов.
Барон Рохх встал из-за стола:
– Разрешите два слова.
Мы уставились на него. Закатное солнце било в правый иллюминатор, освещая каюту и бросая желтый отблеск на все.
– Конечно, ваша светлость; конечно, барон.
Барон обвел нас взглядом.
– Я, барон Рохх-младший, старший сын своего отца, в присутствии свидетелей, капитанов трех кораблей и уважаемого Сержанта, за спасение, не свое, а своих подчиненных, за спасение чести баронов Роххов перед Корронной и своей совестью, приношу вассальную клятву присутствующему здесь командору, известному также под именем Старшой.
Даже чайки, которые кружили вокруг кораблей, примолкли: так мне показалось.
– Барон, не спешите, – Старшой поднял руку, – я не скрываю, что не знаю, кто мои умершие родители, и не претендую на благородную кровь, а вассальная клятва может приноситься только благородному человеку.
– Отнюдь. Согласно «Вассальному кодексу», эта клятва может быть дана любому человеку. Причем если дающий клятву является «его светлостью», то и тот, кому эта клятва дается, сам сразу же становится «его светлостью», причем на ступень выше дающего. Так что со всей ответственностью заявляю, что вы, ваша светлость, теперь – граф Старшой. Такое в истории уже было. Правда, я знаю только два случая, когда бароны приносили такие клятвы не… э-э, другим баронам, но такое было. Граф Моранн, к примеру; его многие знали.
Челюсти у всех сидящих хлопнули об стол, но моя – громче всех. Спокоен остался только командир.
– Барон, барон… Если бы я не узнал вас в той драке как честнейшего и благородного офицера, то решил бы, что вы смеетесь надо мной. Я не знаю, что и сказать вам в ответ…
– О, просто скажите: «Я принимаю вашу клятву», – этого будет достаточно. Должен только предупредить вашу светлость, – барон поклонился Старшому, – что в данный момент я также связан офицерской службой Корронне и поэтому буду вынужден соотносить служение вам со своей основной службой.
– Я принимаю вашу клятву, барон Рохх. – Старшой встал. – Что же до вашей основной службы, то, как только вы решите, что мои действия не идут на пользу Корронны, можете быть свободны от вашей клятвы мне. Надеюсь, что этого не случится.
Мы тоже встали… ну момент такой настал, торжественный.
– Спасибо. Всем присутствующим разрешаю и прошу называть меня по-прежнему по имени. Юл, разливай. Шкипер, попросите принести поесть чего-нибудь, а то у меня от этих волнений даже в животе закрутило.
Кэп кивнул Маруну, тот выскочил за дверь.
– Какие ваши дальнейшие планы, ваша светлость? – Кэп прикрыл иллюминатор занавеской, солнце било по глазам нещадно.
Старшой благодарно кивнул.
– Я же просил, шкипер… И почему «ваши»? Наш контракт заканчивается в Южном порту, но я надеялся на дальнейшее сотрудничество.
– Я потому и спрашиваю, командор. Нам понравилось быть у вас на службе, но что дальше?
– Дальше, дальше, дальше…
– Налейте ему, – это уже я не выдержал, – а то опять заклинит.
– Заклинит, заклинит, заклинит… Я хотел подождать с разговорами до Южного порта, но раз мы так хорошо сидим, давайте обсудим вот что…
Старшой встал и стал расхаживать по каюте.
