– Стоп, – как всегда заосторожничал Микоян. – Мало. Надо еще, чтобы он и во внешней политике наломал дров. Тогда точно не вывернется. Никита, Коля, нужно ему такую паутину нацепить, чтоб в кокон замотало. Ну, чтобы совсем без шансов. Все ведь понимаем, что он с нами сделает, если победит?
Все присутствующие это прекрасно понимали – Булганина расстреляли не так уж и давно.
– Где мы ему мину подсунуть сможем? – старый интриган судорожно перебирал варианты. – Европа? Китай? Или, может…
– Иран! – это слово все трое буквально выкрикнули. Одновременно.
Пламя под геополитическим котлом начало набирать силу.
<p>Глава 10</p>Мгновения прошлого. Франция, 1947-й год.
Им никогда нельзя было ошибаться. Абсолютно. Ибо ошибка обычно стоила очень дорого. В лучшем случае – смерть от собственной руки. В худшем – немецкие застенки, в которых расскажешь все, что от тебя захотят узнать эсэсовские палачи.
Поэтому они и не ошибались. Группа осназовцев, матерых бойцов невидимого фронта – они могли пройти под носом у патруля и остаться незамеченными. Перейти линию фронта, взять пленного и вернуться.
Для них война не закончилась. Не могла закончиться. Потому как они были карающим мечом советского государства, теми, кто сражался даже тогда, когда сражаться было вроде как и незачем.
Сейчас Андрею Нефедову нужны были все его способности и умения, чтобы выполнить задание. Ибо он должен был сделать невероятное и при этом уцелеть. Он и его группа должны предотвратить покушение на генерала де Голля. Человека, на которого Советский Союз возлагал далеко идущие планы.
Уйдя в тень в сорок шестом, генерал набрался сил, чтобы вновь попробовать взять власть. И это не нравилось американцам. Уж больно известным их критиком был французский лидер, к тому же отказывающийся ругать СССР и Сталина.
Опросы показывали, что созданная им партия, заключившая с коммунистами альянс, идет к грандиозному успеху на ближайших выборах. Это следовало предотвратить любым способом – и американцы решились на убийство.
Первой жертвой пал один из друзей де Голля – генерал Леклерк, разбившийся в авиакатастрофе в Алжире при таинственных обстоятельствах. Сам французский лидер в тот раз смерти избежал. Но у свежеобразованного ЦРУ была еще одна попытка.
Агентов в окружении генерала у них не было, а потому им пришлось обратиться к британцам. Оттуда информация просочилась в Союз. И теперь Сталин собирался получить еще один рычаг воздействия на независимого француза. Вот только времени у вождя оставалось слишком мало для серьезной подготовки. Пришлось пойти на риск.
Нефедов лежал на чердаке старого здания, каковых во французской столице хватало. Холод раннего парижского утра становился еще более пронизывающим от осознания того, что будет всего одна попытка. И нет права на ошибку.
