– Мы, естественно, устанавливаем сексуальные привычки жертвы. Его компьютер и айпад показывают, что он посещал страницы сексуального содержания, и прежде всего его, похоже, интересовал жесткий секс. Как нам удалось выяснить, он был членом клуба данной направленности под названием Amour[3], и мы будем продолжать работу в этом направлении. Мы разговаривали также с его бывшей женой Региной Мёрнер, и она приглашена на допрос сюда сегодня после обеда. Относительно подозрений в анальном сексе, о которых говорила судмедэксперт, Аманда Дальман сообщила нам, что Хенрик уже много лет имел серьезные проблемы с запорами. Поэтому, вполне возможно, внешние повреждения связаны с ними.
– Мне не удалось связаться с его приемной дочерью, – вклинился в разговор Кильгорд. – Она находилась за границей, но вернется домой вечером. Я думаю, самолет приземлится около девяти. Как мы поступим? Я попрошу моих коллег в Стокгольме допросить ее либо кто-то из присутствующих захочет и сможет прокатиться туда?
– Я могу, – сразу же предложила Карин. – Могу поехать завтра.
Она увидела возможность встретиться со своей дочерью Ханной. Поняла, что с поездкой на выходные, которую они планировали, придется подождать, пока убийца Хенрика Дальмана не будет пойман.
– Хорошо, – сказал Кнутас. – В любом случае лучше, если кто-то из нас допросит Беату Мёрнер.
Он с серьезной миной окинул взглядом своих коллег и заметил, что Кильгорд уже принялся за второй кусок торта. Потом он поделился с остальными предположением судмедэксперта о том, что Хенрик Дальман сам мог вызвать свою смерть.
– Боже, – пропыхтел Виттберг. – И как такое могло произойти?
– Подобное кажется невероятным, – ответил Кнутас, – но в этом нет ничего невозможного.
– Сейчас, когда ты сказал это, мне вспомнилась одна история, имевшая место несколько лет назад, – продолжил Виттберг. – Кто-нибудь из вас слышал о случае с инженером из Гётеборга? Мужчиной средних лет, уважаемым отцом семейства, с собственной фирмой, работавшим на дому. Однажды, когда его жена-инвалид находилась в реабилитационном центре, дочь раньше обычного пришла из школы домой и обнаружила своего папу в ванной комнате, в парике, сильно накрашенного, в женском нижнем белье и лакированных сапогах до бедер. Он сидел в инвалидном кресле жены с веревкой вокруг шеи, прикрепленной к потолку. Мертвый. Заигрался, значит, до смерти.
– Бедная девочка, – вздохнул Норрбю.
– Как я уже говорил, мы не можем исключать такую возможность, – продолжил Кнутас и кивнул Карин: – Расскажи о новом свидетеле.
Карин доложила о своем визите в район летних домиков в Льюгарне и добавила:
– Интересующее нас строение принадлежит паре по фамилии Израильссон, проживающей на материке, точнее в Сконе. Они не приезжали туда с прошлого лета, так что оно сейчас пустует. Мы нашли остатки грима на полу, на кухонном диванчике и на кухонном столе, а также несколько длинных черных синтетических волос того рода, какие ранее были обнаружены на месте преступления. Кроме того, отпечатки обуви, похожие на те, что были на участке покойного в Льюгарне. И следовательно, то, что преступник находился в этом доме перед убийством, почти не вызывает сомнения.
– Отпечатки пальцев? – поинтересовался Кильгорд.
– Никаких. Все тщательно вытерто.
– А может, есть еще свидетели, видевшие что-то важное для расследования? – поинтересовался Норрбю.
– Этого нельзя исключать, – сказал Кнутас. – Мы продолжаем обходить жителей того района. Однако пока не узнали ничего интересного, насколько мне известно.
– Что еще нам дало исследование самого дома? – поинтересовался Виттберг и смахнул рукой прядь светлых волос со лба.
«Он выглядит усталым, – подумал Кнутас. – Неужели новая подружка так замучила его?»
Если верить слухам, ходившим по их коридорам, они много ругались.
– Преступник пил красное вино во время своих приготовлений, – добавил Сольман. – На кухонном столе есть свежий отпечаток бутылки. Но все наиболее интересное нам удалось обнаружить не там, а в спальне, где Хенрика Дальмана нашли мертвым.
– И что же это? – заинтересовался Кнутас.
Все другие за столом тоже навострили уши.
– Две вещи.
Сольман поднял пластиковый пакет и показал присутствующим. В нем лежала маленькая темная стеклянная бутылка с черной пластмассовой пробкой и почти полностью желтой этикеткой с надписью RUSH, выполненной большими буквами.
– Это так называемый попперс, жидкость, которую нюхают перед тем, как заниматься сексом, расслабляющая гладкие мышцы по всему телу. Она также положительно сказывается на эрекции, данное состояние продолжается дольше, и эякуляция отсрочивается. Оргазм также усиливается. В нашем случае вещество называется амилнитрит и используется прежде всего гомосексуалистами.
В комнате стало очень тихо. Новая информация явно заставила всех задуматься.
– А вторая? – спросила Карин.
