— Дурнее, чем у тебя? — понимая недосказанность, поддержала её сестра.
— Да, в этом он меня превосходит, — печально улыбаясь, ответила Падме, — но когда он узнает, а это непременно произойдёт…
— Бороться за человека, который в любой момент может тебя убить, Падме…
— Я лучше умру от его руки, зная, что заслужила это, чем получу выстрел в спину в неведении.
— Падме, — сестра прижала её к себе, — не говори о смерти так, как будто всё уже решено.
— Так уже всё решено.
— Не сдавайся, Энакин тебя любит, он поймёт… — она замолчала, видя обречённую улыбку младшей сестры.
— Любит и не простит. Не меня.
Яркое солнце слепило глаза, Падме закрыла лёгкой тканью коляску малышей, чтобы яркие лучи не попадали на них.
— Падме, мы должны сюда зайти, — заявила Сола, потянув её в очередной бутик. Осталась ещё пара дней, и Соле нужно будет возвращается домой, поэтому сейчас они гуляли по торговому комплексу, выбирая подарки семье. На расстоянии в пару метров за ними следовали Тайфо и Кариф в штатской одежде. Телохранители заметно нервничали. Никакие запреты охраны не могли удержать двух Наберри, которые решили пойти по магазинам. Тайфо сдался уже на десятой минуте, хорошо зная сенатора и её старшую сестру, а вот молодой адъютант Лорда, которому было поручено обеспечивать безопасность семьи начальства, боролся до последнего. Его последней попыткой было связаться с руководством с просьбой разрешить сложную ситуацию. Лорд, безусловно, встал на сторону адъютанта, но когда в разговор вступила обожаемая супруга с аргументом «мы же в безопасности», даже ему пришлось отступить и разрешить шопинг. Весьма довольные собой сёстры отправились на прогулку.
— Ладно, пойдем, — сказала Сола, поднимаясь из-за стола кафе, куда они зашли перекусить, — это, конечно, хорошо, но нам пора домой купать детей и готовить.
— Сола сколько можно есть? — возмутилась младшая сестра.
— Явно больше, чем ешь ты! Ты же детей кормишь, глупая, ты должна хорошо питаться.
— Сола прекрати, — Падме уже надоели поучения сестры, она уже слишком давно сама знала, что ей нужно, — у меня нормированное питание и сбалансированная диета. И мне, и детям прекрасно всего хватает. Давай ещё посидим, у меня что-то ноги устали.
— Да брось ты Падме, мы тут прошли всего ничего, — удивилась Сола, — ты же всегда за своей формой следила. Всегда выносливей меня была, или мягкое кресло сенатора разленило?
— Как тебя Зар выносит? — поинтересовалась та.
— Как тебя Скайуокер выносит? — парировала старшая.
Тем не менее, они направились к выходу.
«Иногда это похоже на искру, которая проносится мимо», — вдруг вспомнились слова мужа, когда он рассказывал о Силе во время боевых действий.
— Сола, давай зайдём в ювелирный? — предложила Падме, уже направляясь туда.
— Зачем? Мы же уже всё купили.
— Пошли, посмотрим, может чего и приглянется.
— Сестрёнка, тебе украшения на заказ делают лучшие ювелиры Набу, — в полтона сказала сестра, когда они уже заходили внутрь, — чего ты ещё хочешь?
— Не знаю, чего-нибудь, что не сделают дома, — она бесцельно осматривала витрины с драгоценностями. Сотни разноцветных ценных металлов и камней ослепляли своей красотой.
«Не знаю с чем сравнить, как будто ты держишь в руках тысячи белых нитей, и только одна из них – золотая».
На одной витрине, где были выставлены тёмные камни, её привлёк багровый отблеск.
— Чем-то могу помочь? — из ниоткуда появилась старая женщина по акценту, похоже, с Чадрилы.
— Да, покажите вон ту подвеску, — Падме указала на маленький чёрный цилиндр с красным отблеском.
Женщина достала его с витрины. Серебряная цепочка проходила сквозь маленькое отверстие вдоль чёрного цилиндра.
— Что это за металл? — тут же поинтересовалась Сола, высунувшись из-за плеча сестры.
— Это не металл, юная леди, это камень, — женщина поднесла его к яркой лампе. На просвет камень оказался чёрным у края цилиндра и насыщенно-бордовым к центру. Внутри него, как пыль, застыли золотые песчинки, — камень Хаут. Хаут чаще всего переводят как «власть, властитель, повелитель или господин». Также существует перевод – судьбоносец. Он очень редкий, юная леди.
— Ни разу не слышала о таком, — недоверчиво сказала Сола, Падме продолжала рассматривать странный камень.
— Ничуть не удивлена, — ответила продавец, — камень Хаут встречается только в отдельных породах на Мустафаре.
— Где? — вырвалось у Падме.
— Мустафар – это планета на внешних рубежах, между Хидийским путем и Девятым квадрантом. Там занимаются добычей лавы, которую в дальнейшим преобразуют в эластичный металл. Этот камень находят в лаве при температурной обработке. Этот экземпляр великолепно…
— Беру, — перебила ее Падме.
Женщина приветливо улыбнулась.
— Мустафарианцы остерегаются этого камня, — терпеливо продолжила она, считая, что обязана сообщить покупательнице о редком камне все, — только очень храбрые и сильные духом лидеры способны его носить. Прочих же этот камень угнетает.
— Я вас поняла. Беру, — повторила Падме, — Сколько?
— Пятнадцать тысяч.
