В Гватемалу наша делегация приехала за десять дней до исторической презентации. Но подготовка к ней началась гораздо раньше. Я еще выступал в американском шоу, а нам уже шили костюмы, в которых мы вышли на сцену, чтобы представить наш проект «Сочи-2014». Для нас рисовали эскизы, мы сообщали дизайнерам свои размеры. Ведь мы должны были не только блестяще выступить, но и отлично выглядеть. А костюмы в этом деле играют не последнюю роль, уж я-то знаю.
Российская делегация выглядела сногсшибательно. Синие строгие костюмы, белые рубашки и галстуки в сине-бело-красную полоску — под цвет Российского флага. На мне костюм сел идеально, только брюки пришлось немного укоротить — видимо, те, кто шил, опасались, что за то время, пока мы собирались в Гватемалу, пока репетировали, я могу подрасти.
Нас поселили в древней столице Гватемалы — городе Антигуа. Мы жили в монастыре XV века, который в XVIII веке разрушило землетрясение, а после он был отреставрирован и превращен в гостиницу. Было необычно и… жутковато.
Как-то вечером я вышел из своего номера в коридор. Ни одного человека, ощущение такое, будто, кроме меня, в этих развалинах больше никого нет. Звучит странная музыка — какие-то местные напевы. Всюду статуи святых. Возле моего номера — статуя, разрезанная пополам, со вскрытым животом. Я не робкого десятка и в принципе ничего не боюсь, но в тот момент мне стало не по себе, по телу побежали мурашки, и я даже решил вернуться в свой номер.
Чуть позже я узнал, что в подвале монастыря находятся древние захоронения монахов. Получается, что мы жили практически на кладбище.
Гватемала — страна удивительная. Очень много монастырей, половина из которых разрушена землетрясением. Несколько действующих вулканов. Великолепная природа: горы, холмистый ландшафт и огромное число попугаев.
Мы готовились в специальном зале, точной копии того, где и проходила 119-я сессия Международного олимпийского комитета. Так же были расставлены столы и стулья, так же расположены мониторы на стенах, даже бутылки с водой стояли точно так же. Обстановка с первого дня была накаленная — все нервничали и переживали страшно.
Нам помогали произносить речь на английском, учили правильно интонировать, расставлять акценты. Каждое наше движение отрабатывалось: как встать, как сесть, как идти к главному микрофону. Учитывалось все — мимика, жесты, улыбки. Нас даже учили правильно дышать!
Речь каждого члена делегации переделывалась по нескольку раз. Предложения становились более емкими и эмоциональными. Каждое слово мы учились проговаривать десятки раз.
До презентации я считал, что неплохо говорю по-английски, но, когда приехал в Гватемалу, понял, что речь у меня, мягко говоря, не очень.
С нами работали солидные люди, те, кто готовит речи для руководителей государств. И в конце каждого дня нам выставляли баллы.
Например, Светлане Журовой, олимпийской чемпионке по конькобежному спорту, в первый же день хотели поставить четыре, но передумали. Побоялись, что она расслабится и не будет стараться; в результате строгая экзаменационная комиссия поставила ей три с плюсом. А мне в первый день решили поставить кол, но потом подумали, пожалели и ограничились двойкой. Я оказался способным учеником, и в конце концов все, кто участвовал в презентации, заработали по твердой пятерке. В общем, на репетициях я чувствовал себя как в школе. И мне, так же как и другим, очень хотелось получить хорошую оценку.
В Гватемале нам пришлось провести несколько мастер-классов. Со Светой Журовой мы проехались на роликовых коньках по городу в окружении нескольких десятков гватемальских ребятишек. У них это очень серьезный вид спорта, есть даже специальная спортивная школа по катанию на роликах. Дети потом долго нас расспрашивали о том, как выглядит лед и можно ли попробовать на нем покататься. У них получится — ведь с роликов легко перейти на наши, «зимние» коньки.
На одной из презентаций я познакомился с местными футболистами и с удовольствием поучаствовал в их тренировках: хотелось как следует размяться. Они разрешили погонять с ними мяч на тренировке.
Не все футбольные поля в Гватемале готовы к тому, чтобы на них играли в футбол. Мне довелось наблюдать за игрой местных команд в городе Антигуа. Это было даже не поле, а просто площадка с футбольной разметкой. Рядом свалки, возле которых тусуются собаки. Время от времени они тоже выбегают на поле и носятся за мячом вместе с футболистами. С другой стороны поля — рынок, где продается всякая дребедень. Мяч улетает на рынок. Оттуда его подает какой-нибудь торговец или покупатель, вооруженный автоматом…
В Гватемале разрешено иметь оружие всем жителям. Поэтому все ходят вооруженные до зубов, по городу носятся джипы с пулеметными гнездами. Каждый магазин, даже самый маленький, охраняют несколько человек с помповыми ружьями или автоматами. Такое ощущение, будто в стране идет война.
