— Сегодня потребуется гораздо больше персонала, — обращаясь к Семену, махнул Контор в сторону людей за стеклянной стеной. — Что ни говори, а будем работать с живыми пациентами. Требуются большие мощности, большая точность, большая ответственность… Так что, ты пока попей кофейку, мы будем готовы не раньше чем через час.
Семен, успевший усвоить неписаные правила «немногословности в обществе Контора», кивнул и по привычке направился к шкафчику натягивать голубой халат.
В это время Контор энергично размахивал руками, отдавал какие-то распоряжения и всячески подгонял ученых.
«Прям как наполеон перед битвой», — хмуро подумал про себя Семен и налил чашку кофе. Надо отдать должное снабженцам Муравейника — кофе тут был просто превосходный, крепкий, вкусный и ароматный! Прям не «madе in Russia», а настоящая Турция!
Семен тихо попивал свой кофе и пытался угадать, чем же занимаются ученые. Медработники в очередной раз перетряхивали папки с пациентами Лябаха. Гоша вместе со Славиком и Контором залезли на четвереньках под «кресло» и что-то там высматривали. Контор при этом еще успевал в радиотрубку отдавать указания для соседней лаборатории.
Отведенный час на подготовку близился к концу, а работа все кипела.
Наконец Контор крикнул:
— Готово, Семен! Садись в кресло, настраивайся на рабочий лад, а мы пока подготовим пациента № 1.
Молодой человек привычно залез на кресло, прикрепил проводки и приготовился ждать. Пациентом № 1 оказался худощавый очкарик, бывший сотрудник одного из НИИ.
— Пациент № 1 займите место за стеклянным ограждением, — скомандовал один из медработников.
— Жора, просто Жора, — мрачно заметил очкарик.
— Он еще и говорит?! — казалось, брови Контора готовы подпрыгнуть выше лба.
— Хорошо тут у вас. Сухо, тепло и кормят, — отозвался Жора. — А помирать предпочитаю с именем.
— Вас никто не собирается умерщвлять, — несколько растерянно откликнулся медработник. — Это безопасный эксперимент, и извольте выполнять команды.
— Угу, — буркнул Жора и весьма требовательно заявил. — Только выпить бы… Тогда все как по маслу пойдет.
— Никакой выпивки! — рыкнул Контор. — Это лаборатория, а не шарашкина кантора! — и, обращаясь к непонятно откуда взявшемуся здоровенному охраннику, приказал: — Введите пациента № 1 в ограждение!
Охранник, перекаченный детина двухметрового роста, кинулся исполнять приказ.
— Ууу, сволочи! — что есть мочи завизжал Жора. — Человеку перед смертью напиться не дают! Изверги! Недолюди поганые! Ну ничего, я вас еще с того света достану!
— Может, кого потише? — осторожно шепнул медработник Контору на ухо.
Контор на секунду задумался, повнимательнее присмотрелся к не прекращающему бушевать Жоре и задумчиво ответил:
— То, что он сопротивляется, тоже интересно. Посмотрим, как пойдет эксперимент в таких условиях… Сможет ли Семен его достать…
Медработник поспешно удалился за пульты и принялся отслеживать показания.
Жора тем временем методично поливал присутствующих всем богатством русского матерка.
Тут охраннику наконец-то удалось затащить брыкающегося Жору на площадку, как вдруг очкастый бедолага, выпучив глаза, начал ловить ртом воздух и несвязно размахивать руками. С охранником произошла та же история. И вместо того, чтобы посадить пациента № 1 в кресло и закрепить на нем ремни, детина, скорчившись, принялся дрыгать ногами.
— Вы что там вытворяете?! — озабоченно гаркнул Контор. — Славик, что у нас там с напряжением? Вы что уже успели аппаратуру без моего приказа врубить?!
Славик уставился на показания.
— Никак нет! — воскликнул он. — Аппаратура на минимальной мощности в режиме тестирования…
Контор глянул на Семена.
— Ты что там творишь, твою мать?! Хочешь охранника на тот свет отправить?! А ну, прекращай! Славик, вырубай весь ток к чертям собачьим! Я кому говорю, псу под хвост тестовый режим и все показатели! Вырубай!.. Сам не видишь, что твориться?!
Семен недоуменно завращал глазами. Все, что он успел сделать до сего момента — так это войти в контакт с компьютером и Умным Радаром. Интересная вещь, но машину без эмоций и души действительно возможно почувствовать. Странное, конечно, ощущение, как будто металлом по стеклу, но вместе с тем нельзя сказать, что его вообще не чувствует. Ну, и еще…
Он несколько подустал от этих криков…
«Неужели?!» — у Семена чуть челюсть не отвисла. Получается, не успел он подумать на секунду о тишине, и вот, пожалуйста, — охранник и пациент в конвульсиях корчатся на полу и хватают ртом воздух!
— Я… э-э-э… Не успел даже сосредоточиться, просто пришло в голову… Всего лишь захотелось тишины… — обескуражено пробормотал Семен.
— Слава, кому говорят, вырубай! — заорал Контор.
— Да я уже вырубил! Вырубил! — крикнул Слава
На площадке судороги охранника и пациента все продолжались.
Семен, повинуясь внезапному импульсу, сорвал пластины и датчики.
За ограждением раздался измученный хрип. В один голос облегченно хрипели (должно быть, радуясь наконец-то слышимым звукам) перекаченный детина и очкарик.