- Ах да, точно, - усмехнулся Стайлз, наблюдая за тем, как рыжеволосая роется в сумке и достаёт из неё нечто, обёрнутое золотистой упаковочной бумагой, - Джексон и Иван совсем тебя задёргали.
- В каком смысле? - нахмурилась Мартин.
- Ты забыла про то, что хотела сделать. Ну, почти, - пожал плечами Стилински, вновь чувствуя себя эгоистично и ужасно, но ничего с этим не делая.
- Я не забыла, - покачала головой Мартин, - С чего вообще ты взял?
- Они делают так уже на протяжении месяца или около того. Постоянно ты уходишь. Будто бы тебе то, что делают они, важнее меня или Уилла, - Стайлз вновь не осознал, что сказал, пока не взглянул на Мартин. Она сидела и улыбалась, сощурившись. А затем она взяла в руки подарок и кинула его на кресло рядом со Стайлзом, встав на ноги и повернувшись к Стилински спиной.
- С днём рождения, Стайлз. Желаю тебе перестать думать только о себе, - с этими словами Мартин окончательно отвернулась, но её остановили слова Стайлза, которые, он готов был поклясться, он совершенно не хотел говорить.
- Как и я тебе, - это было сказано скорее чтобы остановить Мартин, чем чтобы задеть. Стайлз прижал ладонь ко рту, как только прокрутил у себя в голове сказанное. Лидия обернулась на него, уставившись в неверии.
- Спасибо за пожелание. Я учту, - тихо проговорила она, - А теперь, если позволишь, я уйду. Не слишком эгоистично, как считаешь? - не дождавшись больше ответа, Лидия ушла, причём так стремительно, как только могла.
Стайлз, застонав, закрыл лицо ладонями, проклиная себя. Он буквально не хотел этого говорить. Он не знал, что произошло. Не знал, не понимал, даже не осознавал. Вот, в чём дело. Не осознавал. Не подумал, когда сказал, вот и результат. Он, как и в прошлый раз, сказал первое, что пришло в его пропитанную язвительностью и сарказмом голову. Он просто хотел остановить её, чтобы дать себе возможность что-то исправить, но в итоге сделал всё абсолютно наоборот. Впрочем, как и всегда.
Тим, фыркнув, отвернулся от него, выражая своё презрение. Стайлз понимал его. Он сам хотел отвернуться от себя, да вот только это было невозможно. И именно в тот момент в отблеске огня сверкнуло нечто, лежащее на соседнем кресле. Стайлз и забыл уже о подарке. Он даже не знал, заслуживал ли он сейчас открыть его. Но, с другой стороны, если бы он не тронул его, это выглядело бы как ужасно грубый жест пренебрежения. Именно эти мысли дали Стайлзу силы на то, чтобы сорвать ленту и бумагу, а затем и на слабую улыбку.
Ему на колени упала слегка потёртая старая книга, поверх которой лежала записка. Стайлз провёл кончиками пальцев по буквам на обложке книги, а затем и по корешку, не в силах спрятать улыбки.
- Ты вспомнила, а я повёл себя как последний придурок, - прошептал он себе под нос. Затем он взял в руки записку и улыбка стала слегка шире, хоть в глазах и заплескалось больше боли и вины, - Кое-кто очень хотел эту книгу, насколько я помню. Что ж, один очень хороший человек, коим являюсь я, нашёл её для тебя. Надеюсь, ты всё поймёшь, потому что, насколько я понимаю, тут много вставок на французском. Зачем кому-то писать книгу двумя языками сразу - не имею ни малейшего понятия. С днём рождения, Стайлз Стилински. Надеюсь, ты рад такому подарку, - прошептал Стилински.
Он даже не помнил, как вернулся в комнату, как лёг на кровать. Он помнил лишь то, что всё время, пока не уснул, прижимал к себе книгу и не переставал думать о том, кто ему эту книгу подарил, обещая себе извиниться следующим же днём и перестать быть таким глупым эгоистичным идиотом. Лидия же лежала и обещала самой себе не дать волю чувствам, ведь это не в её стиле, она не может. Да и не произошло, казалось бы, ничего такого, чтобы так сильно её задеть, разве нет? Ком в горле подсказывал, что нет. В итоге они уснули, так и не взяв себя в руки. Лидия уснула с мокрыми от слёз щеками, а Стайлз так и не смог перестать водить по выгравированной надписи “Русалочка” на обложке.
Как бы хорошо не начался день, он может закончиться катастрофой. Сколько бы раз Стайлз не убеждался в этом лично, он всё равно каждый раз наступает на одни и те же грабли. Очевидно, не суждено ему было когда-либо исправиться, как бы ему того не хотелось.
Комментарий к Часть 11.
Я обещала выпустить главу на день рождения - я выполнила. С днем рождения Стайлз, с днем рождения меня. Надеюсь, я сделала не очень мрачной эту главу.
========== Часть 12 ==========
Лидия и Стайлз не разговаривали с самого его дня рождения. Стилински извинился на следующий же день, и Мартин сказала, что прощает его, но после этого девочка попросила не трогать её какое-то время. Стайлз чувствовал себя ужасно, но выполнил просьбу рыжеволосой. Она отдалилась от него, стала проводить время либо только в библиотеке в одиночестве, либо с Элеонор, либо с Джексоном и Иваном. Стайлза это злило, но он не смел и заикнуться об этом.
Утром первого декабря он, как и в последние несколько дней, пошёл на завтрак в одиночестве, встретившись с Уиллом у лестницы. Тот держал в руках подарок, и Стайлз со вздохом передал мальчику свой собственный.
