«Это последний раз, когда я выполняю ваш заказ».
Деймос легко улыбнулся. Подобными вещами занимаются многие, так что — пожалуйста!
Итак, теперь надо отвлечься от науки и «Эфира» и перелопатить то, что ему присылают.
Настя не стала пытаться делать приветливый вид, но разговаривала вежливо. Техники «Молнии-Связь» тоже были вежливы, но ничего не сообщали.
Впрочем, она и не спрашивала. Если что-то хотели сказать, то сказали бы. Несомненно, они посланы шпионить.
В исследования «Эфира» они не лезли. Ну и правильно. Объект, возможно, военной значимости, кто их пустит? Непонятно, как удалось договориться Деймосу. Было только подозрение, что он использовал Настю. Репутация четы Веряевых была колоссальной. Пообещать правительству, что работать над объектом будет она с самыми доверенными людьми — могло сработать. У Леонида срабатывало. Он никогда не злоупотреблял репутацией, держал слово, старался на благо клиентов и партнёров. Поэтому-то и могли с ними начать сотрудничать только потому, что это — Леонид и Анастасия Веряевы. Интересно, не использовал ли это Деймос?
Настя никогда не могла сама делать подобные вещи.
В любом случае, чего бы ни было у «Молнии-Связь», репутации такой у них точно не было. Пусть их методы более коммерчески успешны, но «Эфир» ещё жив и собирается жить дальше.
В конце концов Настя определила сотрудника «Молнии-Связь», который отвечал за всё, что бы ни происходило у них на Аркане. Понятно, это было нелегко, ведь Мартов Пётр Евгеньевич имел должность простого инженера.
Наверное, когда она скажет об этом Деймосу, тот обязательно поймёт что не так. Ведь простого инженера не пошлют на такой объект. Одного из руководителей — тоже, а чего это на обычные проверочные испытания руководителей посылают? Пусть Немирский подумает, что здесь не так. Настя просто предложит Мартову вместе поужинать. Интересно, сможет она записать разговоры? Пусть Деймос подумает над ними, для неё это слишком запутанно.
Ренат отсылал Немирскому результаты эксперимента, пока Максим прозванивал квантовые цепи коммуникационной точки. Техники-шпионы конкурентов ходили вокруг с видом «Ага, нас не проведёшь!», но ничего не могли понять.
Для них уже будет поздно. Через несколько часов патент придёт на регистрацию в Центр интеллектуальной собственности. И тогда — всё, дело сделано. Никто открытие уже увести не сможет. А патенты в соавторстве с учёными Государственного института квантовой физики никто не уведёт тем более, хоть и готовить их будут ещё недели две.
Это можно было отметить — торжественным ужином. Позже они так и сделают, а сейчас Насте предстоит ужин другого рода.
На корабль Мартова Настя заходила с неохотой. Неудобно встречаться на вражеской территории, но — как ещё? У неё при себе корабля не было.
Почему обычный инженер прилетел на служебном корабле?
— Рад вас видеть, — улыбнулся вежливо шпион «Молнии-Связь». — Проходите.
— Я тоже рада.
— Неправда, вы предпочли бы, чтобы нас здесь не было.
— Верно, — холодно усмехнулась Настя.
Она села за стол. Только еда, никаких украшательств. Отлично. Не хватало ещё, чтобы ужину придали оттенок торжественного.
— Пётр Евгеньевич, во время проблем с коммуникационной точкой конкуренты, появившиеся поблизости, нервируют.
— Понимаю. Но, тем не менее, мы здесь. И вы здесь.
Настя вздохнула. Этот мужчина казался все более опасным с каждым взглядом, с каждым словом. Сухощавый, бледный, невысокий. Невзрачный.
Такие люди самые хитрые.
Настя занервничала.
Ну зачем она пришла? Сейчас выболтает ему что-нибудь. Хотя, вроде бы, материал уже готов и в пути, и ничего не может его остановить…
Но взгляд Мартова говорил: «Я могу всё».
Она без аппетита, но быстро разделалась с нежным Деметрийским ящером с гарниром, попробовала блинчики с вареньем и выпила вино. Только бы побольше молчать и побыстрее уйти.
Мартов тоже молчал достаточно. Но редкие и точные вопросы заставляли отвечать быстро, почти не думая. Настя уже проболталась о том, что «Эфир» готовит патенты.
Так нельзя.
Она принялась обсуждать еду. Теперь доедала медленнее, но зато и полезного конкурентам говорила меньше.
Не нужно было приходить вообще.
Беспокойство нарастало.
Наконец, Настя встала.
— Спасибо, прекрасный ужин, мне пора.
— Ну, Анастасия Дмитриевна, куда же вы пойдёте?
Настя нахмурилась. Разумеется, правила гостеприимства предполагают, что гостя надо вежливо удерживать, когда он уходит. Но сейчас это напрягало.
— Я устала за день, можно встретиться в следующий раз, если чего-то ещё понадобится обсудить.
— Анастасия Дмитриевна, вы не можете уйти.
— Пожалуйста…
— Потому что, — перебил Мартов, — мы находимся в открытом космосе уже в трёх световых годах от Аркана.
19 октября
С полминуты Настя молчала, не зная, что сказать. Потом зло сжала губы и села обратно.
— Вы опоздали, данные уже отправлены в «Эфир», — резко и злорадно сказала, и мгновением позже пожалела об этом. Ну зачем такое говорить? Мало ли что этот сумасшедший теперь сделает?
— Это не страшно.
