Сами внутренности туннеля не были ровными, они представляли собой лабиринт из искаженных, изогнутых форм и поверхностей. Они выглядели так, словно кто-то, или что-то, с огромной силой и яростью прорывалось через него, не особенно обращая внимание на то, что вокруг, оставляя после себя хаос и разрушение. Некоторые края были острыми, со следами от чего-то непонятного, словно огромные когти или зубы зловещего чудовища в безумии царапались по каменным стенам. В некоторых местах выступали сероватые кристаллики, которые отражали лунный свет, создавая мерцание, напоминающее звёздное небо в миниатюре. Там не нужны были никакие кидо, чтобы освещать окружающее пространство. Все было видно благодаря кристальным нитям, которые словно маленькие фонарики освещали наш путь в этой темной бездне.
В один момент мы все замерли и даже перестали дышать, потому что в воздухе завис странный шорох и постукивание с переливом звука треска. Звук был: «Тк-тк-тк-ткш-ткш-штк». В туннеле все отдавалось легким, но в то же время глубоким и долгим эхом, что делало звук еще более неприятным и в некоторые моменты даже страшным, наполняя атмосферу ожиданием нечто ужасающего.
Иногда туннель был настолько узким, что приходилось пригибаться и проходить боком, чувствуя, как стены скользят по ткани одежды, оставляя на ней пыль и мелкие каменные обломки. Не каждому это было комфортно, но все же приходилось это делать, подавляя в себе растущее чувство страха и тревоги. Можно было бы попытаться расширить проход, но зачем использовать духовную силу для оповещения пустых, которые могут быть где-то совсем близко, таясь в темноте и ждать подходящего момента для атаки.
Спустя некоторое время, в воздухе зависло ощущение странной легкости, и мы поняли, что начали спускаться. Иногда этот спуск был крутым, словно мы шли по лестнице, обращенной вниз головой, а иногда он был едва заметен. Очень часто нам приходилось делать крутой поворот, а затем еще и еще, словно прокладывая путь через лабиринт из тьмы и камня. Все было достаточно нормально, до тех пор, пока мы не добрались до большого зала, который освещался мягким светом кристалликов, висящих с потолка. Но не это заставило нас волноваться.
Перед нами возвышалась гигантская стена, которая была проедена большими дырами, словно гигантский кусок сыра. Из одной из дырок выглядывала большая голова с несколькими десятками странных, изогнутых наростов, напоминающих извращенные версии рогов. Голова медленно двигалась, словно осматривая нас, её глаза, полные холодного любопытства и пытаясь что-то осознать.
Это был какой-то сильный пустой, чья присутствие наполняла воздух электричеством страха, которого мы совсем не ожидали встретить. Пока никто ничего не предпринимал. Все пытались придумать, как будут действовать в той или иной ситуации. Будет ли пустой нападать? Вот в чем вопрос… или же так и будет смотреть на нас, или, возможно, вообще убежит.
Лейтенант, с его холодными, расчетливыми глазами, смотрел вперед. Его лицо было маской безразличия, но рука уже была на занпакто, готовая в любой момент пустить его в бой. Пустой начал более активно двигать головой, издавая какие-то странные, цокающие звуки, которые отражались от стен пещеры, создавая диссонирующую мелодию. Пока что никаких духовных вспышек с его стороны не было, что позволяло нам подумать над дальнейшими действиями. Если он атакует, придется защищаться.
Через мгновение пустой пропал. Но его присутствие все еще можно было ощутить в духовном чувстве, словно тень, оставшаяся после ушедшего человека. В общем, ушел он совсем не далеко. Затем он просто растворился в наших духовных ощущениях и больше не показывался.
— Этот пустой был тут раньше? — спросил лейтенант.
— Нет, — ответил разведчик. — Его не было тут, когда я проходил через этот зал в последний раз.
— И тебе не могло прийти в голову, что тут кто-то может обитать? — лейтенант провел рукой, указывая на стену.
— Нет, — отрицательно покачал головой шинигами из второго отряда. — Но я знаю дальнейший путь, так что не стоит волноваться.
— А пустой? — спросил лейтенант.
— Не думаю, что он будет атаковать.
— Мне бы твою уверенность, — хмыкнул лейтенант первого отряда. — Она бы очень сильно не помешала. Ладно, двигаемся дальше. Веди.
Мы проследовали вперед. Но сейчас все были напряженными. Каждый из нашей группы, включая меня, прислушивался к окружающей нас среде, в попытке услышать возможную приближающуюся опасность. Душок легкого испуга, а также желания как можно быстрее выйти на вторую сторону, расходился вокруг, заставляя двигаться чуть быстрее.
Снова раздался шорох, что сопровождался легким потрескиванием и постукиванием. Мы замерли, а после ускорили собственное движение, желая побыстрее выбраться отсюда. Большинство шинигами испытывали легкий страх и волнение, который подпитывал самого себя, заставляя сердце быстро стучать в груди и давая разуму возможность дорисовывать рисунки, что еще сильнее пугали.
— Так, стоп! — проговорил лейтенант, который ощущался как холодная глыба. — Все, сделайте глубокий вдох и выдох.
