Он усмехается в мои губы, прежде чем захватить нижнюю губу зубами и потянуть на себя. Я сама впиваюсь в него, рыкнув. Его палец продолжает орудовать внутри меня.
Безумно. Восхитительно. И должно прекратиться прямо сейчас!
Сквозь мрак моего сознания просачивается звонок, сообщающий о начале урока. Я часто моргаю, стараясь отрешиться от возбуждения, словно оно не мое.
– Шейн! – повторяю я резче. – Прекрати, мы ведь в школе!
Мои глаза уже привыкли к темноте, и звёздочки в глазах постепенно замедлялись. Я вижу, как Шейн поднимает голову, перестаю чувствовать его губы. Неожиданно накрывает ощущение пустоты. Я сдерживаю порыв вновь притянуть его к себе.
– А вдруг кто-нибудь увидит? – Я нажимаю ему на грудь, заставляя отдалиться от меня.
– И что? Пусть видят. – Его губы растягиваются, обнажая зубы. – Я не боюсь завистливых взглядов.
– Каких ещё взглядов? – вспыхиваю я, словно спичка, облитая керосином.
Шейн тянет ко мне свои руки, но я откидываю их в стороны.
– Никаких взглядов не будет! Мы не вместе!
Парень не отвечает, лишь смотрит на меня исподтишка. Это ставит меня в тупик: я не знаю, чего ожидать. Что он видит? Что заставляет его смотреть так пристально, словно изучая?
– То, что было ночью ничего не значит? – спрашивает он, оттесняя меня к стене. Я прижимаюсь к ней спиной, поднимая голову вверх, чтобы видеть его лицо. Шейн упирается рукой в стену. – Просто трах?
Нет, конечно, нет!
– Да, – хрипло выдаю я. – Одноразовый трах, о котором никто не должен знать.
Шейн прикасается губами к моему виску, затем следует вниз крошечными поцелуями.
– Одноразовый, говоришь? – Его тяжёлое дыхание щекочет ухо. – Только что ты была готова его повторить. Разве нет?
– Нет, – пыхчу я, стискивая зубы, чтобы не поддаться чистой воды искушению.
– Ты можешь называть это как хочешь, – Шейн стиснул зубами мочку уха, перекатил её языком, я чуть язык себе не прикусила, – но я не собираюсь тебя слушать. Для меня это не простой перепих. Ты мне нравишься, и я собираюсь всем показать, что ты теперь со мной.
– Я не с тобой!
– Можешь сколько угодно это отрицать, – усмехается парень, – но я чувствую, как тебе нравятся мои прикосновения. Я чувствую, как ты дрожишь. Я буду и дальше дарить тебе удовольствие. Это мое тебе обещание.
– Не будешь, – упрямлюсь я, хотя мои руки уже поднимаются вверх, чтобы заграбастать этот лакомый кусок.
– Почему ты так противишься?
Меня словно окатывает ведром воды. Я открыла рот, хватая воздух. Я со всей силой отталкиваю его, быстро поднимая с пола свою куртку.
– Салли, – зовёт меня Шейн, – что не так?
– Всё!
– Для чего ты так все усложняешь?
Если бы он знал, то не настаивал.
– Найди себе хорошую девочку и встречайся с ней, – почти рычу я, злясь на себя за то, что от этих слов живот стягивается в узел.
Я тянусь к рюкзаку, валяющемуся возле двери.
– Но я хочу тебя!
– Ты – дурак! – Я поступаю правильно. Лучше сейчас со всем покончить, чем потом смотреть, как он отвернётся от меня. А я уверена, что он так и сделает. Как только его принципы столкнутся с моими грехами, этого не избежать. – Ты хочешь меня? Не смеши! Ты меня не знаешь!
– Я уже кое-что узнал вчера! Ты сама мне рассказала! Что мешает тебе рассказать остальное? Поделись. Я выслушаю. Уверен, что пойму.
– А я вот нет. – Качаю головой. – Оставь все так, как есть. Забудь. Пройдёт всего полгода, и мы разойдёмся в разном направлении. Ты станешь гордостью города, а я…
… исчезну без следа. И никто не вспомнит обо мне.
Я выскочила быстрее, чем успела договорить, и чем он успел меня перехватить.
POV Салли
– Между тобой и Шейном что-то случилось?
– Что? – Я слишком резко поднимаю голову.
Пегги в ответ усмехается и закатывает глаза. После того, как избавилась от готических одеяний, она стала живой и энергичной. Сейчас она больше походила на свою подругу Рут.
Я смотрю на улыбающуюся девушку, затем перевожу взгляд на столик спортсменов, за которым обычно сидит Шейн. Он ловит мои глаза, едва заметно хмыкает. Я сердито поджимаю губы, улавливая его намёк. Да, на мне нет линз.
– И, похоже, тут замешан не только Шейн. – Пегги покосилась в сторону столика крутых неформалов и шалавистых цыпочек. – Этот представитель животного мира тоже не сводит с тебя глаз.
Я следую за его взглядом. Действительно. На меня уставились ещё и пара тёмных глаз, словно собирающихся прожечь во мне дыру. Интересно, кто из них сделает это быстрее. Яркие травянистые глаза или мрачные шоколадные?
– И ты, кстати, тоже выглядишь как-то иначе, – как бы задумавшись, проговорила Пегги, накручивая волосы на пальцы. – Смотришь как-то иначе, что ли… Погоди-ка! – Девушка оживилась. – Твои глаза!
– Да, – киваю и морщусь, – у меня есть глаза.
– Нет! Я не об этом! Они другого цвета!
Вот ведь наблюдательная зараза.
– У тебя глаза-хамелеоны?
– Хм, нет. Я просто носила линзы.
– Но для чего?
– Хотела, чтобы у меня были голубые глаза.
Пегги вылупилась на меня. Она похлопала своими накрашенными ресничками, затем сдвинула брови. Девушка уже открыла рот, желая что-то сказать, но в этот момент на стул возле неё плюхнулась Рут.
