— Нет, — растерялся.
— Зря! Вы же в состоянии её нанять!
Милый гость пожал плечами:
— Охрану можно подкупить. Ни к чему рисковать.
В этом, как ни странно, был смысл. Видимо в порыве огородить товарища от опасности у меня отключалась логика.
— Так. Ладно, проехали. У вас есть какие-то варианты развития событий?
— Да, — охотно кивнул — Вы можете переехать ко мне.
Звук бубенца!
— Чего? — я чуть не выронила кружку.
— Вы прекрасно слышали.
Определенно. Но смысл от этого понятнее не стал.
— Вы хотите, чтобы я жила у вас? На вашей территории? — я обвела рукой кухню — В зоне вашего комфорта? В вашей холостяцкой святыне? Там где вы засыпаете и просыпаетесь? Пускаете слюни в подушку? Оставляете дверь в туалет открытой? Ходите голышом?
— Ну, да, — он снова кивнул, будто всё, что я сказала не имело никакой силы.
— Вы в своём уме?
Фрилансер замялся. Очевидно, что прежде чем выставить эту версию, он как следует подумал, но всё же. Было интересно, какой такой тропой он пришёл к подобному умозаключению. Товарищ конечно жил с Полиной, сестрой и возможно ещё с кем-то, но должен был понять, что всё это — не то, к чему он привык.
— Это радикальные меры, — покачала головой.
Паньков повертел кружку в руке:
— А разве друзья не живут друг у друга? Не ночуют?
— Да, но не в нашем же возрасте.
— Почему нет? — удивился.
— Ну, не знаю. Предполагается, что у взрослых людей собственная жизнь.
Товарищ пожал плечами:
— Вы знаете, что у меня нет ни жены, ни детей, ни проживающих со мной родственников. Не вижу никаких причин, почему бы не пожить вместе. К тому же, у вас это определенно будет в первый раз.
Как же он метко бил.
— Я ужасно нервничаю даже в гостях, — поведала.
— Я вас прекрасно понимаю. И посоветовал бы временно пожить с кем-нибудь, но сомневаюсь, что вы захотите втягивать в это семью. С другой стороны, я — ваш друг. Ко мне вы должны обращаться за помощью в первую очередь. Так?
Ещё бы он не забывал, что сам выкопал мне эту яму. Но крыть было нечем. По многочисленным фильмам и литературе я имела вполне «радужное» представление о том, что происходило, когда на крупном предприятии сменялась власть. В ход шли самые оригинальные уловки, от запугивания до голов летящих с плеч.
И почему Паньков не какой-нибудь там учитель математики?
— Мне надо подумать.
В прихожей раздался глухом бум. Максимус пытался выбить дверь боком.
— Совсем забыла, я же с ним не гуляла!
На ходу собирая одежду по комнатам, я оделась, напялила ботинки и уставилась на гостя. Паньков выглянул в коридор, облокотившись на стенку. Провожать вышел. В моей-то квартире!
— Я пока тут побуду. У меня сегодня выходной, — проинформировал.
— О как, — я даже растерялась.
Оставлять постороннего человека, пусть и друга по контракту в собственном жилище не особенно хотелось. Какая изощренная проверка.
Оказавшись на морозном воздухе, я тут же погнала пса в сугробы, но тот как назло не хотел стыковаться с холодной землей. Я решила подать ему пример и уселась в самый низкий сугроб. Пёс скептически уставился на меня, не предпринимая никаких попыток очистить желудок. Ладно. Решив попробовать другую тактику, я повела дога в соседний двор. Дела тут же пошли на ура.
Однако тяжки были мои думы. Мысленно я уже успела составить список всевозможных предметов, которые Паньков мог потрогать, сломать или украсть. Чувство опасности внутренней целостности и покоя было таким реальным, что хотелось тут же обрести силу телепортации: оказаться в собственных стенах, проверить, всё ли в порядке.
Вот чёрт.
А он ведь предложил пожить у него! Фрилансер, отстаивающий корыстность дружбы, форумный гений мысли, мой идеал мышления, всерьез рассматривал возможность проживания у него второго лица! Я прекрасно отдавала себе отчем в том, что как и Полина, не имела твёрдых оснований находится на его квадратных метрах. Но если моя приятельница вряд ли была с Паньковым на короткой психологической дистанции, то я в этом плане представляла для него реальную угрозу. И даже как самый дилетантский психолог он должен был это понимать. Контракт или нет, а сближаться нам не стоит.
По возращении обратно у подъезда нашлась кучка неформалов. Их очень заинтересовал питомец Панькова. Один из них, пацан с длинными чёрными волосами и сережкой в носу подошел к нам. Максимус держался нейтрально, но едва неформал приблизился на метр, сделал выпад и обхватил челюстями его ногу чуть выше колена. Парень взвыл, а кучка тут же разразилась смехом.
Надо мотать. К счастью, мне удалось захлопнуть дверь прямо перед носом пострадавшего.
Квартира была в сравнительном порядке. Всё на месте. Компьютер цел. Картины так же пылятся. Почему в «сравнительном»? А вот. Гражданин Паньков отчего-то развалился на краю кровати и выглядел, ни много ни мало, глубоко спящим.
Зашибись.
Я остановилась у ног кровати, сложив руки на груди. Эта картина мне не импонировала. Даже странно как-то. Видеть фрилансера на собственном спальном месте было так же противно, как и листающую журнал Полину. Здесь просто не могло быть никого кроме меня. Ну, или Максимуса.
