– Да сказки это всё, ― ответил Ленни, помолчав, ― раньше мне папа тоже такие рассказывал.
– Не сказки это! Папа вечно книжки читает ― он знает! Еще он говорил, что земля кончается резким обрывом, и если смотреть вниз ― можно увидеть звёзды, как ночью.
– Да точно сказки!
– Нет, это правда! Я верю! ― крикнул Рэй и отвернулся.
Он сидел, свернув губы трубочкой но не смог обижаться так долго, как изначально хотел.
– А что тебе папа рассказывал? Какие сказки? ― спросил Рэй, побежденный любопытством.
Ленни усмехнулся, натянув кожу на впалых щеках. Длинный, худой, он был противоположностью маленького щекастого Рэя. Вздохнув с закрытыми глазами, Ленни ответил:
– Да всякие. Говорил, что Гора Света ― голова великана. Что мы живем на его плече. Что он тянет руку, чтобы смахнуть нас. Всякое такое.
Рэй задумался. Он обернулся на Гору Света. Она была уже светлее закатного неба, вздымаясь гораздо выше облаков, просвечивая через них.
Благодаря ней, после заката темнело не сразу ― гора еще долго сияла в ночи. Она светила сверху, из-за облаков, и, постепенно, сияние уходило все выше, тускнело, пока не пропадало совсем.
И только тогда выглядывали звезды. И только тогда можно было полностью увидеть очертания горы, по огромному темному пятну на чистом звездном небе. А утром из-за неё вставало Солнце.
Рэй повернулся к Ленни.
– А он об этом пишет свою книгу?
– Не знаю.
Ленни пожал плечами.
Солнце медленно садилось между пальцами, пока совсем не ушло за горизонт. Мальчики сидели, глядя на гаснущий горизонт.
Красный ещё не успел поблекнуть, когда сияние горы стало ярче него. Мальчики пересели лицом к ней. Мягкий свет от горы освещал верхушки деревьев в лесу, наполнял реку серебром, повисал в воздухе, делал траву луга металлической, окутывал дымкой кресты кладбища. Ленни остановил взгляд на одном из десятка.
Рэй зевнул, заразив и Ленни. Оба сонные, они потащились домой по никак не пустевшей улице. По краям дороги были воткнуты столбы со странными лампами ― в них не горел огонь, но свет ― был. Мальчики, пусть усталые, долго изучали обновку. Они решили, внутри лежит обломок Горы Света ― лампа сияла серебром.
Вдруг, на них прикрикнул какой-то рабочий. Мальчики подпрыгнули от неожиданности, непривычные к грубости незнакомцев. Только тогда они разошлись наконец по домам, до краев наполненные впечатлениями.
Прошел год, городишко с каждым днем рос, уже нисколько не напоминая себя прошлого. Прибывало всё больше людей, новых изобретений, просто диковинок. Уже спустя пару месяцев мальчики перестали удивляться железным кораблям и телегам, что приезжие звали автомобилями. Теперь же, их сложно было удивить хоть чем-то.
Порт расширили. Артур, с притоком новых книг, стал дежурить в библиотеке и совсем пропадать в своём уголке дома, лишь изредка выбегая поесть и поспать. Рэй не вспомнил бы, когда они последний раз разговаривали, но не думал об этом. Они с Ленни всегда могли найти развлечение в бурлящем городе.
Староста превратился в мэра. Все старожилы деревни смеялись, какой он стал важный, но ему не было дела. Он, вместе с порученным городом, совсем свихнулся на работе, постоянно что-то планировал и принимал посетителей, засиживаясь допоздна.
Ленни и Рэй развалились на уклоне берега реки, окунув ноги в воду. Теперь железные корабли приезжали трижды за день. Именно этого мальчишки и дожидались ― капитаны разрешали помочь с разгрузкой и платили за это монетку, что тут же тратилась на мороженное ― невиданная вещь ― в магазинчике на углу Старой и Новой улиц.
– Папа говорит, скоро откроют школу и тогда у него появится работа. ― вдруг сказал Ленни.
– Что такое школа? ― повернулся к нему Рэй.
– Ну, ― протянул Ленни, ― вроде, это место, где детей учат книгам, пока они не станут взрослыми.
– Как? ― Рэй вскочил, ― Только учат? Даже гулять нельзя?
– Не знаю. ― Ленни лёжа пожал плечами, ― Ты же говорил, у тебя папа все время книги учит? Мой ― тоже. Так что, наверное, да.
Он говорил это безразличным голосом, глядя на воду.
– А её точно откроют? ― спросил Рэй, взволнованный не на шутку, ― Я не хочу учить книги, как папа. С ними он совсем не ест мороженое.
– Смотри!
Из-за поворота реки выглянул корабль. Мальчики вскочили, наспех обулись и ринулись к причалу, прямиком через оживленный рынок, начисто забыв, о чем только что говорили. Юркая мимо торговцев и покупателей, перепрыгивая корзины овощей, они бежали, среди криков, половина которых предназначалась им, вдыхая запахи специй, фруктов, горячего пота с дохлым парфюмом, чтобы успеть первее остальных мальчишек.
У причала стоял галдеж целой оравы детворы, но каждый раз всем хватало работы. Судно подошло ближе, трап опустился на дерево причала, матросы спрыгнули привязывать корабль, а мальчики кинулись наверх, помогать с товарами. Капитаны запрещали носить слишком тяжелые грузы, так что ребята таскали только мотки веревок, круги сыра или вязанки меха, скидывая их прямо в порту, у рынка, куда сразу налетела толпа, и где сразу закипела торговля.
