— У нас тоже. Но у меня в компании нет ни одного инженера из их числа.
— У нас тоже… Пожалуй, ты прав, но мне не хочется говорить на эту тему.
— И мне тоже, Генри. Просто я такого страха натерпелся недавно, что до сих пор не могу прийти в себя. Сегодня меня могли запросто продырявить ножом или забить до смерти. Очень страшно! Извини, что сказал тебе о своих проблемах.
— Ну что ты, Виктор! Ты должен был это кому-то сказать. Естественно, когда человек говорит, то ему становится легче.
— Ты знаешь, Генри, мне действительно стало легче.
— У меня тоже проблемы. Но другие.
— Не стесняйся, Генри. Можешь смело мне о них рассказать.
— Спасибо. Но если тебе это не понравится, то лучше скажи мне заткнуться. Я не обижусь.
— Говори.
Генри отхлебнул немного виски.
— Я работаю в небольшом отделе на очень богатую компанию.
— Не темни, Генри, ничего не случится, если скажешь название этой компании, — в подтверждение своих слов я передал Генри свою визитную карточку с основным номером сотового телефона. — Эту карточку я очень редко кому даю.
Генри пристально рассмотрел её.
— Пожалуй, ты прав. Я работаю на General Electric, — в ответ Генри дал мне свою визитную карточку, и я сразу увидел, что, кроме номера личного сотового телефона, в ней два адреса электронной почты. Один адрес корпоративный, а второй явно личный.
Я как чувствовал. Это точно интуиция.
General Electric — американская многоотраслевая корпорация, производитель многих видов техники, включая авиационные двигатели, энергетические установки (в том числе и атомные реакторы) и газовые турбины, медицинское оборудование, фототехнику, бытовую и осветительную технику, пластмассы и герметики, а также широкий спектр продукции военного назначения от стрелкового оружия и бронетехники до военно-космических систем и ядерных боеголовок.
Штаб-квартира компании в то время располагалась в Фэрфилде (штат Коннектикут). Но все знали, что здесь, в Бостоне, рядом со своим базовым Массачусетским университетом, расположено несколько научно-технических подразделений, непосредственно входящих в структуру головного офиса. И только много позже в Бостон переедут все подразделения штаб-квартиры.
Познакомиться с математиком (или инженером-конструктором?!) одного из научно-технических подразделений такой компании (а они никогда не афишируют место работы) — это высший пилотаж.
Теперь главное — успокоиться, взять себя в руки и не спешить. Ничего не выведывать!
— Интриги?
— Интриги.
— Между отделами или внутри отдела?
— И те, и другие, Виктор.
— К конфликтологам не пробовал обращаться?
— Нет. К психологам обращался. Оказалось пустой тратой времени и денег.
— Не дают расти?
— Не дают.
— Знаешь, я как-то онлайн консультировался у доктора. Называется телемедициной. Здесь замучился ходить по врачам. Была одна проблема. Потом нашёл в Индии услуги по телемедицине. Сначала отправил все свои анализы и историю болезни. Они заставили меня сдать ещё раз анализы в определённой фирме. Отчёт об этих анализах был куда больший. Гораздо больше показателей! В итоге нормально вышло. Вылечился. Они там все англоговорящие и очень стараются. А самое главное, как-то совсем по-другому анализируют результаты медицинских исследований.
— Знаешь там кого-то по моей теме?
— Нет. Но если хочешь, могу узнать.
— Сколько это займёт времени?
— Не знаю, думаю, максимум неделю.
— Дорого?
— По сравнению с нашими ценами там в три-четыре раза дешевле, а то и больше. Но они так стараются! И совершенно не боятся нарушить какие-то там условности. Смело говорят, где меня надули наши врачи. Думаю, что по твоей проблеме будет аналогично.
— Пришлёшь контакты, если найдёшь кого-то?
— Без проблем. Мне даже интересно. Расскажешь потом, как у тебя получилось?
— Обязательно.
«Достаточно на сегодня!» — буквально орёт мой Ментор.
Далее мы с Генри перешли на обсуждение американского кино. Эту тему подсказал мой Ментор. Красавчик! Любит кино. Просто обожает его.
Наши с Генри мнения полностью совпали: у нас было очень критическое отношение к современному кино.
Потом обсудили старое классическое кино Европы и США. Я знаток! Очень люблю и знаю это кино, владею темой уверенно.
Генри быстро привёл разговор к чрезвычайно сентиментальному фильму-опере «Шербурские зонтики» (1964) режиссёра Жака Деми. Чем же так примечательна эта кинолента? Яркая цветовая гамма — это первое, что бросается в глаза зрителю. Самое настоящее буйство красок и оттенков. Красивые актёры, которые пропели все свои диалоги от начала и до конца. Невероятно красивая, проникновенная и романтическая музыка композитора Мишеля Леграна. «Золотая пальмовая ветвь» Каннского кинофестиваля 1964 года.
Двадцатилетняя Катрин Денёв(!): фильм вывел начинающую артистку на звёздную орбиту. Эта актриса, эта женщина полностью в моём вкусе, когда была в том возрасте. Я всегда восторгался этой лентой.
Потом как-то само по себе получилось перейти к Одри Хепбёрн. Обсудили её фильмографию. Отдельно «Завтрак у Тиффани» (1961) и «Римские каникулы» (1953).
А потом, после «Римских каникул», говорили про итальянское кино: Марчелло Мастроянни, Софи Лорен.
