Медленно повернув голову, я уставилась на Кирилла, сидящего напротив. Маленькая детская табуретка с облупившейся голубой краской показалась сюрреалистичной под размерами его тела, и противно скрипнула, когда тот встал и подошел ко мне, протягивая открытую бутылку.
— Тебе надо попить.
— Где я? — голос охрип и совсем не походил на мой привычный.
— В безопасности, — сухо ответил он, игнорируя объяснения, — Пей.
Пластиковое горлышко замаячило перед лицом и коснулось пересохших губ; бутылку заботливо наклонили, и прохладная жидкость смочила горло. Сделав несколько жадных глотков, я отвернулась и снова попыталась придать телу более-менее удобную позу, но мои руки… Были связаны? Какого черта?
— Где я? — сиплость ушла, ее место заняли панические нотки, — Почему я связана?
— Ты в безопасности, Илона. Да, я связал тебя, но это только на время, — смягчившись, Кирилл вернулся на табуретку и закрыл бутылку, — Я понимаю, что все это выглядит странно, но, поверь, я желаю тебе только добра.
Странно? Странно?!
— Кирилл, развяжи меня.
— Не могу, — он судорожно затряс головой, — Пока не могу. Ты попытаешься сбежать.
«Конечно, я попытаюсь»: заголосил внутренний голос. Но вслух я произнесла другое:
— Не попытаюсь, — под его саркастичным взглядом захотелось поежиться. Я сглотнула, — Мне просто больно.
Кир, судя по всему, не поверил. Снова тряхнул головой, открутил крышку и приложился к горлышку, делая большой глоток.
— Знаешь, — сказал он, отстранив бутылку, — Все не так, как кажется. Я забочусь о тебе. На самом деле я готов на все, чтобы ты была в безопасности. Даже на такие, — он окинул меня грустным взглядом и снова вернул глаза к моему лицу, — Методы.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь. Со мной все было хорошо…
— Нет. Ты не была в безопасности, а теперь ты будешь. Когда ты поймешь… — запнувшись, Кир резко подскочил на ноги и начал ходить по крохотной комнатушке взад-вперед, маяча перед глазами, — Когда ты поймешь меня, ты не захочешь сбегать. И он не сможет тебя найти. А пока… Нет, — остановился и впился в меня взглядом — по затылку побежали мурашки, — Нет, нет, нет.
Открыв рот, я сделала глубокий вдох и ошалело посмотрела на бывшего однокашника. Тот натянуто улыбнулся, шагнул ко мне и, наклонившись, поцеловал в макушку.
— Мне нужно кое-что сделать в городе. Скоро вернусь.
Развернулся и был таков.
Это что за ерунда? Что это вообще все значит? Где я? Как я вообще здесь оказалась и о ком говорил Кирилл?
Ужаса и паники не было. Пока. Только глухая стена непонимания и куча вопросов, оставшихся без ответов. Руки нещадно тянуло, ноги покалывало от неудобной позы.
Бред какой-то… Может он ошибся?
Покрутив головой, я обнаружила под потолком небольшое окошко. «Подвал»: мелькнула мысль; а следом за ней я решила попытать счастья и хотя бы разглядеть, где я нахожусь. Может быть, если я начну кричать, меня кто-нибудь услышит…
С огромным трудом встав на ноги я посеменила в угол комнатушки. По пути толкнула табуретку — надеюсь, высоты мне хватит, чтобы заглянуть в окно. Пол был выстлан линолеумом, что сыграло мне на руку — шума я не создала.
Равновесие держать было трудно, поэтому, прислонилась плечом к кирпичной стене и вытянула шею. Как назло, перед окном рос какой-то кустарник — ничего, кроме веток я не увидела.
— Черт… — вырвалось шепотом, — Черт, черт, черт…
Над головой заскрипели половицы — точно подвал. Тяжелые шаги прошли мимо, а затем притихли. Я застыла на табуретке, прислушиваясь и чудом не рухнула с нее, когда в замке заскрежетал ключ — я ведь даже не поняла, что меня закрыли.
В дверном проеме замаячила мужская фигура. Разглядеть ее я не смогла — перед глазами клубился туман от медленно охватывающей меня…
— Можешь не кричать. Сейчас не сезон, соседи разъехались. Только голос сорвешь, — сухо оповестил Кирилл.
Снова закрыл дверь; повернул ключ. Я медленно сползла на пол, забиваясь в угол.
«Тимур найдет меня»: успокаивало подсознание теплившейся надеждой.
Найдет, конечно найдет. Он наверняка уже всех на уши поднял. Да Стасик в два счета вычислит где я, если еще не вычислил.
А потом все мои внутренности заледенели — вчера была пятница. И Агеев бросил меня. Что значит, что до понедельника меня никто не будет искать.
Перед глазами заклубился туман от медленно охватывающей меня паники.
***
Я не билась в рыданиях, не глотала слезы — просто свернулась на матрасе в углу — где и проснулась прежде. И ждала.
Мне показалось, что прошла целая вечность с того момента, как я услышала шаги наверху. Он не торопился спуститься ко мне, лишь вышагивал над головой и этот звук раздражал без меры. Если учесть, что я очень хотела в туалет и желудок скрутило в тугой узел от голода, то к тому моменту, когда Кирилл спустился в подвал я была вне себя от злости.
Впрочем, она быстро угасла, потому что Кир вошел в помещение слегка пошатываясь и улыбаясь. Сально так, не приятно.
— Я вернулся. Как ты? — спросил, словно он отлучился на работу и вернулся домой к жене.
Это было бы смешно, если бы руки не отказали около часа назад. Я просто их не чувствовала.
— Руки, — прохрипела я.
