Где причина эротической любви?
В очеловеченном половом инстинкте.
Так думают довольно часто. Но любовь удовлетворяет не одну, а две, совершенно независимые друг от друга потребности: потребность снятия сексуального напряжения и потребность психической связи с другим человеком. Обе зависимы от интеллекта, культуры, социальных условий, взаимосвязанных между собой, но не являются причиной друг друга. Наиболее убедительной нам кажется гипотеза, по которой феномен любви объясняется природой человека как парного существа.
Об этом размышляли многие философы. «Один человек еще не человек, — писал Фейербах, — только в паре он обретает гармоничную целостность». Истинная сущность любви состоит в том, — читаем у Гегеля, — чтобы отказаться от самого себя, забыть себя в другом Я и, однако, в этом же исчезновении и забвении впервые обрести самого себя, забыть и обладать самим собой. /Гегель. Соч., т. N13, 1940, стр.108/ Подобным образом рассуждает Эрих Фромм: «Любовь позволяет быть собой и сохранить свою целостность. Любовь является парадоксом, в котором два существа становятся одним и, однако, остаются двумя».
Для объяснения этого не очень-то понятного явления древними греками использовался миф об андрогинах, который рассказывает Аристофан Сократу в диалоге Платона «Пир». Миф о том, что когда-то люди имели двойное тело — две пары рук и ног, два лица. И только рассерженный Зевс рассек их пополам. Поэтому каждый человек сейчас является половинкой, постоянно жаждущей восстановления своего прежнего полного Я.
Похоже звучат строки Ю. Рюрикова: «Это физическое ощущение своей слитности с другим человеком — ощущение совершенно фантастическое. Мы знаем, что в обычном состоянии человек не может ощущать чувства другого человека, переживать их, и только в апогее сильной любви есть какой-то странный психологический мираж, когда разные Я как бы исчезают, сливаются друг в друга, и люди делаются психологическими андрогинами… это чуть ли не буквальное „переселение душ“ — как будто часть твоей „души“ перебралась в тело другого человека, слилась с его нервами, и теперь ты чувствуешь его чувства точно так же, как свои… почему это бывает только у любящих, только у близких людей, — неясно, психологам и физиологам еще предстоит разрешит эту загадку». /Ю. Рюриков. «Три влечения». М., 1968, стр.157–158/
Если эротическая любовь является последствием психической структуры человека, то о ней можно говорить не только на языке искусства, но и на точном языке науки. Убежденность, что люди вступают в брак не только для того, чтобы иметь детей и сексуальную жизнь, что одинокая жизнь, как и психическое одиночество в браке, ненормальные явления, заставляют смотреть на брак более серьезно.
Если человек ищет психические дополнения, значит его дополняет не каждый физически приятный партнер, а лишь индивидуум с определенными психическими качествами. Эти качества и нужно установить. В какой-то мере правы утверждающие, что для дополнения нужны противоположные качества. Но наши исследования показали, что не каждую противоположность можно назвать дополнением. Есть противоположности, дающие постоянную напряженную конфликтность или погашение активности другого. А есть и дополняющие противоположности, ведущие к уравновешиванию психики человека, к активации его жизни. Ответ лежит за каждой из типологий, которыми пользуются психиатры, начиная от П. Б. Ганушкина, Э. Кречмера, К. Г. Юнга, А. Кемпинского, кончая А. Е. Личко, К. Леонгардом. За каждой! Просто есть совместимые типы людей и несовместимые. И каждый, кто знает хоть одну из этих типологий, может для себя это проверить. В общем — как и при всех открытиях — ответ настолько прост, что уму непостижимо, почему до сих пор до этого никто не додумался ни у нас, ни за границей.
