— Она любит его до безумия.
— Я говорил об Уолтере. — Орландо посмотрел на жену. — Как думаешь, можно что-нибудь сделать, чтобы снова свести их?
— Супруги частенько мирятся.
— Но Энн следовало бы сделать первый шаг. Это ведь именно она нанесла ему обиду.
— Согласна.
— Ты не могла бы с ней поговорить, Мэри?
— Я недостаточно хорошо ее знаю. И она на десять лет старше меня. Так что это тебе следует с ней поговорить.
— Я не могу. — Орландо покачал головой. — Лоуренс уже пытался. Ты ведь знаешь, она ему просто солгала.
— Но разве ты не должен? При сложившихся обстоятельствах?
Орландо с искренним удивлением глянул на жену:
— Нет, не могу!
Мэри немного помолчала. А потом наклонилась к мужу и поцеловала его:
— Я буду за нее молиться, Орландо.
Видит Бог, она уже достаточно много молилась за саму себя. Может быть, молитва за другого человека будет услышана?
— Молиться мы должны, конечно. — Орландо снова вздохнул. — И мы будем молиться, Мэри.
Утром мужчины отправились навестить священника в Мэлахайде. А женщины остались в доме. Хотя часть ее времени занимал ребенок, Энн все же помогла Мэри и женщинам в большой кухне. Мэри прекрасно видела, как рада Энн оказаться в своем старом доме. И малыш, кажется, тоже был счастлив. Раз-другой в течение этого утра, когда женщины оставались наедине, Мэри чуть было не заговорила об Уолтере, но почему-то каждый раз момент казался ей неподходящим, и она так ничего и не сказала.
Обед прошел отлично. Мужчины пребывали в прекрасном настроении, они были в восторге от встречи со старым священником. Свинина, поданная на стол, имела большой успех. Во время обеда Мэри снова наблюдала за тем, как держатся Энн и ее муж, ища хоть каких-то знаков интимности между ними. Как всегда, они были друг с другом вежливы и дружелюбны, но ей все равно казалось, что между ними стоит невидимая стена, словно этих двоих развели по разные стороны некой границы.
После обеда именно Мэри предложила:
— А давайте прогуляемся к колодцу в Портмарноке?
Орландо глянул на нее с легким недоумением, но Уолтер сразу согласился.
— Энн, пойдем с нами, — предложила Мэри. — А женщины в кухне присмотрят за Дэниелом.
По дороге в Портмарнок Мэри шла рядом с Уолтером, а Орландо с Энн шагали немного впереди. Мэри все гадала, поговорит ли Орландо с сестрой о ее семейной жизни. Скорее всего, нет. Что до нее самой, то она не считала возможным напрямую затронуть эту тему, но могла бросить намек.
— Орландо ходит к святому колодцу, чтобы помолиться, хотя мне об этом не говорит. — Она грустно улыбнулась Уолтеру. — Он молится о ребенке, которого Бог нам так и не даровал. — Мэри вздохнула. — Как думаешь, может, таким образом Господь нас испытывает?
— Пожалуй.
— И если мы пройдем испытание и продолжим молиться, я верю, на наши молитвы обязательно последует ответ. А ты в это веришь?
— В этой жизни? Не знаю.
— А я верю, Уолтер. Искренне. Мы сами можем не видеть результата, но каким-то образом на наши молитвы есть отклик.
— Тогда я буду молиться за тебя, Мэри, — с мягкой улыбкой произнес Уолтер.
— А я буду молиться за тебя, — тихо ответила она. — Ты проявил такое христианское прощение… Я буду молиться, чтобы ты получил все то уважение и счастье, каких заслуживаешь. — И она легко коснулась руки Уолтера.
Он ничего не ответил, а Мэри не решилась сказать больше, но через какое-то время Уолтер пробормотал, скорее обращаясь к самому себе, чем к спутнице:
— А я простил?
Они дошли до колодца. Вокруг было пусто. Солнце затянуло высоким перистым облаком, но слабый ветерок был теплым.
— Колодец Святого Марнока, — сообщил Орландо. — Наш отец часто приходил сюда, чтобы помолиться.
— Здесь само место подталкивает к молитве, — заметил Уолтер.
Они обошли колодец, внимательно рассматривая его. Орландо, заглянув в него, тихо опустился на колени, явно на своем обычном месте, и склонил голову. Энн, возможно не с такой готовностью, встала на колени по другую сторону колодца и замерла в напряженной позе, как скульптуры на гробницах в церкви. Уолтер как будто колебался сначала, а потом отошел немного в сторону, за спину своей жены: то ли не желал стоять с ней рядом, то ли не хотел ее отвлекать. Мэри встала на колени чуть дальше, так чтобы видеть их всех. Она наблюдала и в то же время пыталась от всего сердца молиться за Энн Смит и ее мужа, за то, чтобы они воссоединились. И все стояли так несколько минут, каждый обращаясь к Богу со своей просьбой.
Мэри первой заслышала стук конских копыт. Он доносился с той тропы, по которой пришла сюда их компания. Мэри бросила удивленный взгляд. Потом Энн. И как раз перед тем, как всадник к ним приблизился, Уолтер тоже неохотно прервал молитву, и Орландо одновременно с ним поднял голову, держа в руке четки.
Это оказался Морис. Его лицо разгорелось. Он выглядел взволнованным и, кажется, даже не заметил, что прервал их разговор с Богом, или ему было все равно.
— Я прямо из дому! — закричал он. — Мне сказали, что я найду вас здесь.
— Я не разрешал тебе садиться в седло, — ровным тоном произнес Уолтер.
