Кто сказал, что женщина – смела по своей природе? Хоть и приписывают рыжим отчаянный нрав, а все-таки рыжеволосая Алла – трусиха. Хотя бы потому, что боится крыс и полетов на самолете. Но из двух зол выбирают, как известно, меньшее. Что лучше – сидеть в городке Монтальчино, с бокалом терпкого красного вина «Брунелло», в тени оливы с панорамой на тосканскую долину и меланхолично почитывать хваленого Мураками, или рвануть к едва знакомому, позвавшему ее в гости мужчине, да еще в Неаполь? Конечно, она выбрала второе.
Кто сказал, что женщина – смела по своей природе? Хоть и приписывают рыжим отчаянный нрав, а все-таки рыжеволосая Алла – трусиха. Хотя бы потому, что боится крыс и полетов на самолете. Но из двух зол выбирают, как известно, меньшее. Что лучше – сидеть в городке Монтальчино, с бокалом терпкого красного вина «Брунелло», в тени оливы с панорамой на тосканскую долину и меланхолично почитывать хваленого Мураками, или рвануть к едва знакомому, позвавшему ее в гости мужчине, да еще в Неаполь? Конечно, она выбрала второе.
Раздумья были недолгими. «Ничего не предпринимаешь – не живешь, а прозябаешь. Ух, ты, даже в рифму попала. Тем более, надо ехать» – подумала Алла. Хотя именно в этот город, говорят, одной вообще соваться нельзя. Остается надеяться, что пригласивший ее к себе итальянец и впрямь – хирург, как представился в телефонном разговоре. Стало быть, не проходимец и не гаврик какой. Но, даже если в самом деле хирург и порядочный человек, в результате все-таки – абсолютно незнакомый мужчина.
Тут Алла подумала, что Мураками дался бы ей легче. Однако билет был уже заказан.
Экономическая ситуация разведенной женщины оставляла желать лучшего. Но Алла умела извлекать калории из небольших порций еды. Хлеб насущный никогда не определял ее существования и не влиял на принятие решений. Один раз в неделю она разгружалась – то на кефире, то на фруктах. Главное, на билет есть. Статья непредвиденных расходов тоже была давно выверена и не претендовала на особый размах.
Непонятно, что же все-таки ее в результате подхлестнуло, но вот взяла – да и собралась. Наверное, Неаполь позвал. Она так давно о нем мечтала! Еще тогда, когда не знала итальянского языка. Не испугало пятидесятилетнюю женщину даже то, что на дворе стоял июль – один из двух самых жарких месяцев в южной Италии.
С собой Алла взяла самое необходимое: платье, юбку, три кофточки, шорты и купальник. Нижнего белья взяла больше всего. Чтобы не стирать у гостеприимного мужчины и не развешивать. Вдруг он ей не понравится, она будет вынуждена оттолкнуть его протянутые руки, а сама станет трусики сушить на его территории? Неделикатно.
В купе не работал кондиционер, и взвинченные духотой пассажиры скопом разбежались по другим свободным местам. Алла, всегда предпочитавшая не плыть в общем потоке, взялась было делать в гордом одиночестве маникюр, как вдруг в дверь втиснулись сдобные и шумные девушки-болгарки. Они духоты не чурались. Социалистическая закалка налицо. Потом в купе заглянул и бросил на сиденье свою сумку «камикадзе». Так Алла мысленно прозвала высокого, грузного мужчину. Сам ушел, а сумка стоит. И поезд, что характерно, стоит: в Риме длительная стоянка. Странный пассажир долго не возвращался, и народ начал недоуменно пожимать плечами. Тем более, поезд давно тронулся и даже набрал скорость.
Инициативная Алла вышла в коридор и обратилась за помощью к моложавому кондуктору. Тот не поверил в опасность оставленного без присмотра багажа и посоветовал не поддаваться панике. «Камикадзе» вдруг объявился, взмокший и бледный. Проверил на взгляд и на ощупь сохранность своей поклажи и удалился снова. Алла и девушки-болгарки начали осторожно обсуждать на итальянском языке международную тему теракта. Как раз в это время мужчина вернулся и мирно уселся, подоткнув себе под бок сумку. Такой расклад всем показался спокойнее.
Всю дорогу странный пассажир нервно вставал и выходил в коридор. Наверное, у него просто не ладилась личная жизнь. Остальные обитатели купе до конца путешествия напряженно переглядывались и улыбались одновременно.
Ну, здравствуй, Неаполь! Алла взволнованно вышла из поезда и оглядела ничем не примечательный железобетонный вокзал с более чем двадцатью платформами. Фасад мраморного здания, видимо, подлежал ремонту, и отголоски античности временно скрывались за полиэтиленовыми, пыльными шторами. Докатив небольшой чемоданчик«троллер» до конца платформы, женщина остановилась у расписания поездов. Деликатно озираясь, промокнула бумажным платочком подмышки и еще раз подкрасила розовой помадой губы.
Кавалер к прибытию поезда не успел. Дожидаясь его прихода, Алла стояла, что волосок на лысине, хоть и сновало вокруг народу предостаточно. Неужели струсил в последний момент? Запросто мог. Ведь они познакомились две недели назад, через ее знакомых из Монтальчино, где она сняла на лето комнату, и общались только по телефону, обменявшись предварительно по электронной почте несколькими любезными письмами и фотографиями. Всего-то! Но мужчину по имени Энрико удовлетворил средний рост Аллы вместе с серо-голубыми глазами и вздернутым носом, и он рванулся в бой, без проволочек позвав ее в Неаполь – поучаствовать в этом бою в качестве «высоты». Условия согласовали по-взрослому:
– Если я приеду, мне не придется расплачиваться за Неаполь натурой?
– О чем речь? Я достаточно воспитанный джентльмен.
