Достал на ходу телефон, задумчиво повертел в руке и положил обратно. Звонить мне было некому, разве что Коле. Поинтересоваться творческими планами, а заодно сообщить, что у него здорово поредели волосы на макушке и скоро там появится самая настоящая лысина. Однако, боюсь, не получится, бывший напарник давно уже для меня недоступен.
Спустился в метро, повернул налево к подходящему поезду и вдруг замер. Домой идти категорически расхотелось. Что там делать, сидеть на кухне, глазеть в окно, а потом открыть холодильник и достать бутылку? Или валяться, как овощ, на диване под включенным телевизором, а потом встать, пойти на кухню и опять-таки лезть в холодильник? Ну уж нет. Мерзкое настроение надо разгонять как-нибудь иначе. Например, взять да завалиться в кабак. Посидеть, послушать музыку, поглазеть на людей, съесть что-нибудь вкусное, немного, именно немного выпить. Развернулся и пошел в другую сторону.
В ресторане на Мясницкой было достаточно людно, но столик для меня нашелся. Присел, дождался официантку, сделал заказ и на удивление быстро его дождался.
С непонятно откуда взявшимся аппетитом сжевал салат, выпил рюмку и закусил грибочком. И вдруг поймал тревожный, молящий о помощи взгляд. Из-за столика на противоположной стороне зала, за которым устроились два откормленных мужика в темных костюмах и распущенных до пупков галстуках. Сигнал SOS шел от сидящей между ними довольно-таки симпатичной русоволосой дамы. Один из сидящих щедрой рукой наливал, брызгая на скатерть, ей в бокал шампанского, второй пытался накормить с руки только что очищенным бананом. Саму даму такое галантерейное обращение, сразу было видно, не радовало, она постоянно пыталась сбросить с плеча удобно устроившуюся там толстенную руку и встать, но безуспешно.
Я интеллигентно вытер салфеткой губы, встал и заспешил на помощь.
– Адрес запомнил?
– Конечно.
– Марку и номер машины?
– Обижаете, шеф.
– Ты, видно, забыл, дружок, как я умею обижать.
– Ну что вы. – Витенька сделал плачущее лицо. – Век буду помнить.
– То-то, значит, так, покажешь им эту фотографию, только покажешь, оставлять ее нельзя. Ясно?
– Да.
– Пусть как следует осмотрятся на месте. Сегодня у нас вторник, работать им предстоит в пятницу. Все понятно?
– Да, только…
Витенька – это мой единственный помощник и младший компаньон, как он сам искренне полагает. Я подобрал его полтора года назад, буквально поднял с земли. Тогда меня наняли помочь одному человеку, на которого наехала бригада отмороженных на всю голову молодых нахалов. В лучших традициях конца века минувшего я забил им стрелку за городом. Они приехали вчетвером, и мы принялись беседовать. Когда разговор зашел в тупик, я их всех просто перестрелял. Витеньку добивать не стал, мне понравилось, как он себя в ходе той беседы вел, вместо этого на скорую руку его перевязал и отвез на дом к одному знакомому врачу. Когда мальчуган немного пришел в себя, навестил и побеседовал. Результатами беседы остался доволен, а потому немного подучил и взял к себе.
Сработать то, что я давно задумал, в одиночку просто невозможно. Если бы мой бывший коллега согласился еще разок потрудиться в паре, деньги с ним мы бы подняли просто нереальные. А потом разъехались по разным частям света доживать век в роскоши, если бы, конечно, под занавес не поубивали друг друга, чтобы в лучших традициях ремесла обрубить «хвосты». С напарником поработать не вышло, Николай после ухода со службы изрядно сдулся и вообще, к моему удивлению, оказался самым настоящим слюнтяем.
А вот с Витенькой я, как выяснилось, не ошибся. Учеником он оказался довольно толковым, верхушек ремесла нахватался быстро и с искренним удовольствием. Что же касается всяких там угрызений совести и душевных метаний, то это не о нем. Всем этим он просто не заморачивается, радостно живет сегодняшним днем, зарабатывает неплохие деньги, с аппетитом ест, крепко спит и не лезет куда не надо. Вернее будет сказать, не лез до последнего времени. С недавних пор я начал замечать, что мальчуган почувствовал себя крутым профи. Впрочем, дело житейское, уж если приручил волчонка, то будь готов к тому, что рано или поздно он повзрослеет, обзаведется острыми клыками и сам захочет стать вожаком, а потому не стоит расслабляться и поворачиваться к нему спиной.
– Повторяю еще раз: того мужика надо встретить, лучше всего в подъезде, прострелить ногу, потом плечо и быстренько уйти. Да, и напоследок передать ему, чтобы берег здоровье и не рыпался. Ребята справятся?
– В лучшем виде, только… – Он на секунду замялся.
– Что?
– Шеф, к чему все это? Давайте я сам без всякой стрельбы переломаю мужику кости, – и добавил: – За полцены.
– Повторяю для умственно отсталых, – молвил я. – Дождаться, встретить, вогнать первую пулю сюда, – показал пальцем на его ноге, куда конкретно. – А вторую – сюда… – и ткнул пальцем в плечо.
– Ууумм, – его аж скрючило.
– Больно?
– Еще бы. Ну и пальчики у вас, шеф, – и принялся массировать плечо.
