Фантастический дуэт между простым парнем Артуром и его собственным духом Элом. Они встают на пути у корпорации "Индустриал", желающей уничтожить Мир мертвых, но чем им это обернется? Сможет ли Артур пройти все испытания и сохранить рассудок?
– Послушай, если ты это сделаешь, ты подставишь не только конгломерат «Индустриал», но и уничтожишь все то, ради чего мы работали, мы все, то, во что каждый из нас вложил душу. Прошу тебя…
– Что «прошу»? Чего ты просишь, чтобы я остановил революцию? Оглянись, кретин, мы все тут по уши в дерьме.
Вокруг была тишина. Мертва тишина, созданная ими же. Только вчера тут были толпы народу с автоматами, расстреливающими бунтующих и тех, кто решил выйти против конгломерата. Они не оставили никого в живых, кроме тех, кто всем этим «заправлял», кто возглавлял все эти беспорядки, но и те понимали, что скоро придет и их черед уйти на тот свет, в Мир мертвых.
– Ты не Артур…
Дух Эла уже полностью поглотил паренька. И покорное бездействие Артура очень даже устраивало его. А тот и не думал бороться, – смерть близка, мы зашли слишком далеко.
– А ты не Алена. Как тебе такое? Она мертва, из-за тебя, из-за меня, из-за таких, как мы с тобой, любителей промолчать, отступить, бросить оружие и отдаться врагу. По итогу мы что были рабами, то рабами и остаемся.
– Но Алена жива…
– Он врал мне? Он не мог врать мне.
– Кто?
Артур начал мотаться в разные стороны. Что-то не давало ему покоя, что-то не отпускало его. Он начал бороться. Он хотел увидеть ее, увидеть своими глазами, переварить своим разумом.
– Артур… Артур, прекрати… – кто это говорил, было неясно. То ли Алена, то ли Эл, то ли они вместе. Дух не может бороться против его хозяина, он может поглощать лишь настолько, насколько захочет ему дать воли его хозяин.
– Ты обманул меня. – Артур стоял перед Элом, сжимая цветок.
– Ты боялся. Помнишь, чего ты боялся? – Эл смотрел на паренька, но его безжалостный взгляд сейчас больше напоминал выражение лица напуганной собачонки. – Ты умолял меня…
– Я умолял не тебя.
– Но пришел только я.
Вот так всегда, сделаешь человеку добро, а он скажет, что не твое это было дело, неблагодарно убьет и сожжет всю память о тебе. А тому и недолго оставалось, без своего верного партнера. Им обоим оставалось уже недолго.
– Артур… – Алена подошла к парню и прижала его к себе. – Ты вернулся.
Артур осмотрел Алекса, Алену, и, решив, что на этом можно было и закончить, холодно развернулся и ушел к себе домой.
Придя на остановку, тот начал дожидаться свой автобус. День медленно сменял вечер, фонари зажигались где-то, потихоньку окна жилых домов будут становиться далекими огоньками, что можно было бы наблюдать сквозь занавески. Садясь в автобус, Артур в последний раз окинул взглядом все те места.
Сидя в автобусе, тот вглядывался на проходящих мимо людей на улице. Каждый куда-то бежит, торопится. По отдельности они личности, но вместе это больше похоже на кучку бегущих муравьев. На это было и жутко, и завораживающе смотреть: у каждого были свои эмоции на лице, каждый переживал и свою любовь, и свое горе, и свое чудо. И парень понимал, что тот среди них.
В автобус заходит бабушка. Артур, будучи парнем даже воспитанным, встает с места и предлагает ей сесть. Минуты две Артур стоял рядом с бабушкой и дожидался своего выхода. Вдруг бабушка берет Артура за руку и говорит хриплым добрым голосом:
– С каждым новым днем огонь будет все больше и больше поглощать наши души. Но ты не бойся, на тебя смотрит он. – бабушка посмотрела Артуру прямо в глаза. – И мы дождемся его прихода. Будь уверен, дождемся.
Артур и хотел бы отцепить бабушку и уйти, но то будет неприличным. Тем более, она делала это из, как ей думалось, благих намерений. Может, я правда выгляжу столь отвратительно, что кажется, нуждаюсь в чьей-то помощи и поддержке? В любом случае, поступок бабушки выглядел очень любезным, а потому Артуру не хотелось отпускать.
– Ты обязательно найдешь еще все. И своих людей, и себя, и любовь. Главное – жить и верить. А если жизнь подходит к концу, то значит, вера тебя согреет, и только она. – бабушка сжимала руку все крепче. – На тебя смотрят твои близкие и родные, и они разделят с тобой и горе, и радость, как и ты с ними. Ты не одинок. Верь мне.
А что сказать тем, рядом с кем уже никого нет? Что сказать тем, кто потерял все и всех. «Верь и найдется?». А вдруг смерть подоспеет раньше? И что тогда, умирать в мрачном, давящем одиночестве? Страх, нас всех сковывает страх перед этим, и только когда мы найдем свой проблеск света, только тогда, когда смотря одни в зеркало, мы будем думать, что не одиноки, мы обретем свободу. Прямо как я сейчас.
Это была иллюзия. Мой мозг играется со мной. Не было никакой бабушки. Я стоял в пустом автобусе, где помимо водителя и кондуктора никого не было, и смотрел на сиденье, с которого встал еще десять минут назад, сжимая поручень. Благо, кондукторша спит, иначе вышло бы неловко.
Наконец выйдя из автобуса, Артур начал идти к своему дому. Уже было достаточно темно, а потому ноги время от времени невольно схватывала дрожь. Понимая, что это его последняя прогулка, Артур поспешил к дому – ему очень хотелось все это поскорее закончить.
