В одном из домов, куда их взяли на ночлег, Джоджонаха уложили в теплую постель. Но уснуть ему не удавалось, поскольку в дом набилось полно народа. Всем хотелось услышать рассказ возницы о гибели настоятеля Добриниона. Джоджонах тихо лежал, прислушиваясь к разговорам. Наконец, продолжая все так же дрожать и потеть, он провалился в сон.
Юсеф и Данделион не вернулись вместе с караваном.
Магистр Джоджонах мгновенно проснулся. В доме было тихо и темно — совсем темно. Джоджонах прищурился, оглядываясь по сторонам.
— Кто здесь? — спросил он.
Юсеф и Данделион не вернулись вместе с караваном! — вновь услышал он, теперь уже громче и настойчивее.
Впрочем, нет, не услышал. Джоджонах сообразил, что никаких внешних звуков, за исключением стука крупных капель дождя по крыше, он не слышал. Эти слова он ощутил где-то в глубине разума и узнал человека, произносившего их.
— Брат Браумин? — спросил Джоджонах.
Я опасаюсь, что отец-настоятель отправил их за вами, звучало в его мыслях. Мой друг и наставник, берегитесь! Возвращайтесь в Палмарис, если вы еще не успели отойти далеко, под защиту настоятеля Добриниона, и скажите, чтобы Юсефа и Данделиона ни в коем случае не допускали в Сент-Прешес.
Контакт был слабым. Джоджонах знал, что Браумин не слишком искусен в обращении с гематитом. Да и условия для передачи, вероятно, были не самыми благоприятными.
— Где ты? — телепатически спросил Джоджонах. — В Санта-Мир-Абель?
Магистр Джоджонах, умоляю вас! Вы должны меня слышать! Юсеф и Данделион не вернулись вместе с караваном!
Контакт становился все слабее. Джоджонах понимал: Браумин устает. Затем связь резко оборвалась, и он испугался, что, должно быть, Маркворт или Фрэнсис каким-то образом подслушали сообщение Браумина.
Если это действительно был Браумин, — напомнил себе Джоджонах. Может, все это — бред, вызванный его лихорадкой?
— Они еще не знают, — прошептал затем магистр, ибо только сейчас до него дошло, что в сообщении Браумина ничего не говорилось о Добринионе. Кряхтя, Джоджонах выбрался из постели и, стараясь ступать тихо, побрел в общую комнату. В темноте он чуть не споткнулся о хозяйку. Уступив магистру свою кровать, та спала на полу в общей комнате, подстелив несколько одеял. Магистру не хотелось будить добрую женщину, но одну вещь он должен был выяснить прямо сейчас.
— Где возница? — спросил он. — Он ночует здесь или где-нибудь в другом доме?
— Здесь, где же еще, — ответила женщина, стараясь говорить как можно любезнее. — Спит вместе с моими мальчишками. В тесноте, да не в обиде, как у нас говорят.
— Пойди и разбуди его, — велел магистр Джоджонах.
— Как скажете, святой отец, — ответила хозяйка.
Она вылезла из-под одеял и ощупью куда-то побрела.
Вскоре женщина вернулась вместе с заспанным возницей.
— Вам бы спать да спать, — зевая, проговорил парень. — Час-то совсем поздний. Еще простынете.
— Я забыл у тебя кое-что спросить, — махнув рукой, объяснил ему Джоджонах. — Когда убили настоятеля Добриниона, где находился караван из Санта-Мир-Абель?
Парень удивленно вскинул голову.
— Ты ведь наверняка знаешь, что монахи из моего монастыря находились у вас в Сент-Прешес, — не унимался Джоджонах.
— Находились — это еще мягко сказано, — презрительно усмехнулся возница. — Столько бед понатворили.
— Это верно, — согласился Джоджонах. — Но где они были, когда поври убил настоятеля Добриниона?
— Уехали.
— Из города?
— Выехали через северные ворота, хотя я слыхал, что они пересекли пролив, и совсем даже не на пароме, — ответил возница. — Настоятеля убили дня через полтора после их отъезда.
Магистр Джоджонах отпрянул назад, ущипнув себя за подбородок. Кучер стал говорить что-то еще, но Джоджонах лишь махнул рукой.
— Ложитесь, — сказал он парню и хозяйке. — И я пойду лягу.
После этого магистр долго лежал с открытыми глазами не в состоянии уснуть. Теперь он не сомневался, что контакт с Браумином не привиделся ему в горячечном сне. Магистру было о чем подумать. В отличие от Браумина, он не боялся, что Юсеф и Данделион посланы для расправы с ним. Маркворт был слишком близок к своей цели (по крайней мере, этому одержимому старику так могло казаться), чтобы заставлять убийц делать крюк. Нет, убив Добриниона, те отправились прямо на север, на поиски камней. В Палмарисе эти двое задержались лишь ненадолго — ровно настолько, чтобы устранить одну небольшую помеху на пути Маркворта.
Магистр Джоджонах подбежал к одному из окон комнаты, отодвинул ставни и раскрыл створки окна. Его вытошнило прямо на траву, росшую под окном. Тошнотворной была сама мысль, что отец-настоятель приказал уничтожить другого настоятеля!
Уму непостижимо! Но каждая мелочь, встававшая в памяти Джоджонаха, подтверждала, что все действия Маркворта вели именно к этому. И все-таки, может, своими суждениями он сгущает краски? — задавался вопросом Джоджонах. Но ведь Браумин не лгал: Юсеф и Данделион не вернулись вместе с караваном!
Браумин еще не знает, что настоятель Добринион встретил свой безвременный конец.
