Так человек на ранней стадии выразил свое понимание того, что земля — предпосылка его существования и его судьба. Что жизнь дана ему взаймы землею и долг надлежит вернуть, как возвращают его травы.
Понимая, что прах, выступив в роли жизни, вновь обращается в прах, разве не противоречиво в то же время верить в некое воскрешение в Судный день. Традиционное христианское мировосприятие сделало из противоречия догму, а догма — смерть мысли.
Однако недогматическое мышление приближалось ощупью к представлениям, подтвержденным современной космологией. Частицы из космоса и излучение, в которое преобразуется прах, когда летит со световой скоростью, стали земной почвой, и земной жизнью, и земным сознанием. Когда-ни-будь через миллиарды лет, в последний день солнечной системы, все это вернется в космос частицами и световыми волнами, чтобы войти в состав новых, еще не родившихся миров. Наша жизнь — искра на гребне приливной волны, что катит с одного небосвода на другой.
Новая космология ничего не изменила в древней мудрости, она переменила измерения: из света ты вышел, в свет возвратишься.
На своей космической былинке — крупинка на дрейфующем плоту, что плывет по раскаленным недрам планеты на окраине одной галактики. В космосе — проявление эволюционной линии, путь которой, возможно, пролегает на периферии космической действительности. Временное и быстро распадающееся соединение солнечного света и праха.
И все-таки!
Все-таки разве не окрыляет тебя то обстоятельство, что в тебе, человеке, космическое вещество временно образовало соединение, через которое космос может исследовать собственную суть. Что ты стал носителем сознания, в своем быстролетном бытии способного вернуться на космическую родину, чтобы наблюдать, искать, допытываться объяснения своего «я», — вернуться назад на миллиарды лет до того, как вещество, что выразилось в этом сознании, с жизненосного небесного тела возвратится в синие просторы газового облака.
Можно ли, зная это, не ощущать смиренной радости, что тебе дано промелькнуть в огромности дыханием организма Земля!
Задача на пропорции: силясь все глубже проникнуть в жизненное таинство, не погрузиться в размышления о жизни настолько, что забудешь жить.
Пожалуй, искусство жить — значит, постоянно ощущать, что каждый новый день — первый день оставшейся жизни, а потому каждый час наполнять содержанием: нежностью, радостью открытия, глубиной постижения.
Постоянно все видеть новыми глазами, как если бы первый день оставшейся жизни и впрямь был первым днем.
Пустыня, где мы очутились, пустыня оставленных убеждений, разбитых племенных богов, обветшалых истин — быть может, неизбежный этап странствия, который надобно одолеть, чтобы двигаться дальше.
Пустота, что возникает, когда приходится оставлять дорогие душе представления, может оказаться созидающей пустотой. Вакуум восприятий подразумевает также и потребность в восприятиях. Когда нельзя больше уверенно держаться за прежние опоры, душа может открыться для новых видений.
Хаос может быть колыбелью новых миров.
Даже в том, что происходит на Земле. Глобальный кризис, грозящий нам параличом, возник не сам собой. Он — дело рук любителей азарта, затеявших рискованную игру с жизненными элементами. Долго им находилось алиби. Они развернули свою деятельность под знаменем совместно выкованной теологией и технологией бездумной догмы, будто человек стоит вне остального творения и может свободно использовать для своих целей планетные ресурсы; у белого меньшинства эта догма выродилась в племенную догму о народе господ.
Но и она сокрушена. Пусть по закону инерции коллективного поведения мы продолжаем поступать опрометчиво, теперь при этом все сильнее нами владеет чувство вины. Мы стали сознавать последствия того, что род человеческий попрал взаимосвязи. В этом положительная сторона кризиса.
Наш духовный вакуум и наш материальный кризис тесно связаны между собой. Оба настигли нас в такой период нашей эволюции, когда мы обернулись и увидели свои ошибки. Одна проблема не может быть решена независимо от другой.
Возможно, мы фактически должны быть благодарны совместному кризису наших действий и убеждений. Он заставляет нас ощутить необходимость глубокой перестройки нашего образа мыслей и действий. Может быть, мы стоим на пороге новой эпохи, которая будет отличаться от сегодняшнего нашего бытия так же сильно, как оно отличается от мира 1470, но которая в то же время будет отмечена возрождением связей с истоком, от коего человек отрекался.
Известно, что великие повороты в истории человека совершались, когда новые наблюдения и идеи изменяли мировоззрение. Так было, когда наша планета, прежде слывшая средоточием вселенной, вылетела на орбиту вокруг Солнца. Так было, когда эволюционная теория даровала нам прошлое, берущее начало в праокеане.