В заснеженный городок Хладберг пришел праздник Венца Зимы. Братья Вейнс — наемники и охотники на всякую чудь — получили заказ. Охота на сатира и ее последствия. Глупый спор. Поход к лекарю, несмотря ни на что.
========== Часть первая: «Охота на сатира» ==========
3.14.80 г. века Битв.
Королевство Дейна. Хладберг.
Среди заснеженных деревьев мчалось трое. Первый, высокий и темный, прыжкам перескакивал через бурелом и сугробы. Двое поменьше не отставали лишь чудом.
Дейна славилась своими снежными зимами и густыми лесами. Наталь бежал последним – третьим – и сполна наслаждался всеми прелестями этой суровой страны. Дыхание рвалось наружу белыми облачками пара. Каштановые волосы, выбившиеся из не туго стянутого хвоста, закрывали глаза. Ноги вязли в снегу, да и собственное снаряжение теперь, скорее, мешало, чем помогало. Латный нагрудник давил, спирая дыхания. Молот в петле бил рукоятью. Не без зависти Наталь смотрел на то, как легко его брат бежит впереди, едва ли не скользя по верхушкам сугробов. Движения Эйнеке не сковывала броня, а оружие его было легче перышка. Впрочем, это не помогало брату догнать сатира. Каждый раз, когда Эйнеке приближался, козлоногое создание разрывало расстояние одним огромным скачком.
Позади же остался городок Хладберг и его лесопилки. Хозяин одной такой нанял двух охотников на чудовищ, двух братьев-полуэльфов – Эйнеке и Наталя, чтобы избавиться от сатира. Того желали видеть мертвым, и неспроста. Эту участь козлоногий заслужил, разорив дома лесорубов, выкрав их жен и детей. Мужей, что пошли за ним в лес, сатир также перебил. Пока братья бежали по лесу вслед за козлоногим чудищем, Наталь заметил не меньше пяти тел, развешанных по деревьям. Подмерзшие внутренности фиолетово-красными лентами свисали с заиндевевших ветвей. После Наталь увидел, как его брат и их добыча на миг поравнялись, затем темный рогатый силуэт прыгнул, подняв за собой белый шлейф снега.
Прыжок, однако, вышел не таким длинным, как раньше, сатир едва не врезался в ближайшее дерево, не споткнулся и не покатился по сугробам. Заметно замедлился, силясь удержаться на ногах. В этот же момент Эйнеке остановился, вскинув руку. Его пальцы окутал яркий свет, посыпались искры, и короткая вспышка чистой магии устремилась к сатиру. Наталь выхватил молот из петли и прибавил ходу.
Там, где стоял сатир, полыхнуло. Грянула очередная вспышка. Шарахнул взрыв, и снег разметало между сосен и высоких дейнских елей. Наталя ударило волной горячего воздуха. Подкосились колени. Заложило уши. Наталь беззвучно выругался, чудом не упав в ближайший сугроб. На какое-то мгновение полуэльф утратил способность осознавать происходящее: слишком уж был оглушен взрывом. Когда же пришел в себя, заметил лишь бодро скачущий вдаль рогатый силуэт, и Эйнеке, смотрящего ему вслед. Судя по всему, сатир успел увернуться от заклинания, а брату теперь нужна была передышка. Наталь снова выругался: их цель оказалась слишком быстрой для заклинаний; потом встал и снова побежал. На этот раз, впрочем, не слишком ровно и быстро. Подле Эйнеке Наталь ненадолго остановился.
- Ну, промазал – бывает!.. - подбодрил он брата. Глядя в лицо Эйнеке, Наталь видел свое же отражение: красные от холода щеки, усталое выражение, облака пара, вырывающиеся сквозь сжатые зубы, только вот синие глаза близнеца, и без того светящиеся в темноте, горели куда большим гневом и азартом.
- Завались! - рыкнул Эйнеке в ответ. Пару вздохов спустя добавил:
- Чего встал?! Беги! Догоняй!
Наталь качнул головой: другой реакции от брата он и не ожидал; после продолжил погоню. Теперь Наталь бежал вторым, Эйнеке догонял, а сатир все так же лихо скакал впереди. Молот в руке мешал все больше и больше, да и проку от него не было, покуда Наталь не мог сблизиться с целью для удара. Оставалось только проклинать свою самонадеянность и неправильный выбор оружия для охоты. Как же полуэльф сейчас хотел свой арбалет или хотя бы пару-тройку метательных ножей! Если бы был хоть какой-то шанс попасть в сатира, Наталь бы, пожалуй, и швырнул молот ему в спину, но…
Еще одна искрящаяся вспышка подняла волну снега между Наталем и козлоногим чудищем. На этот раз она не оглушила, но отшатнуться все же заставила. Сатир же как ни в чем не бывало отскочил вбок и огромными скачками устремился дальше, к кромке леса. Опомнившись, Наталь ускорил бег, и тут же едва ее не проклял все на свете, когда земля под ногами резко превратилась в склон. Едва устояв, Наталь немного проскользил вниз и остановился. К счастью, он оказался не в присыпанным снегом буреломе, а у замерзшего озера, вдруг вынырнувшего из-за леса. Деревья кончились, и перед Наталем были лишь покатый берег, присыпанный рыхлым снегом, и застывшая под ледяным панцирем водная гладь.
