— Версия с ключом мне нравится, но, надеюсь, вы знаете, что существует такая вещь, как отмычки, — майор поднял брови и вопросительно всех оглядел. — Если их использовать, признаков взлома тоже не будет. Так вот. Убийца открывает дверь, заходит в квартиру. Напомню, что Дорофеев собирался на дачу. Думаю, преступник не знал, что он дома, и пришёл. Хозяин уже лёг спать, поэтому был в пижаме. Преступник, ожидая, что в квартире никого, спокойно проходит в кабинет. Но Дорофеев просыпается и застаёт преступника. Дальше убийство.
— Гениально! — воскликнул Влад.
— Да, похоже, так всё и случилось, — кивнул Синицын.
— Влад, попроси ребят, пусть изучат замки детальнее. Обычно отмычки оставляют следы.
— Сделаем.
— А что преступнику было нужно в квартире? Точнее, в кабинете? Ведь если вещи на полу, значит, что-то искали? — спросила Максимова.
Саблин внимательно на неё посмотрел.
— А это главный вопрос, Дина.
Саблин зашёл в лифт, нажал кнопку нужного этажа.
Вчера вечером он связался с дочерью Дорофеева, и они договорились встретиться в квартире, где произошло преступление. Раиса Матвеевна находилась всё ещё в шоке после случившегося, а следователю нужно было прояснить ряд деталей.
Гладко выбритое лицо, прямой нос, широкие скулы, твёрдый подбородок и коротко постриженные русые волосы — Саблин разглядывал своё отражение в зеркале, пока лифт шёл на пятый этаж.
У квартиры на лестничной клетке его уже ждала дочь Дорофеева.
— Добрый день, — сказала женщина средних лет, полноватая, с пышными светлыми волосами. — Майор Саблин?
— Верно, да, здравствуйте.
— Проходите, пожалуйста.
Следователь зашёл в квартиру, куда приезжал накануне. Теперь, когда внутри не было оперативной группы, всё пространство казалось пустым и мрачным. Свет везде выключен, и Саблин направился по коридору следом за женщиной.
Они зашли в кабинет. Ковёр, на котором лежало тело потерпевшего, убран, и теперь под ногами виднелся светлый паркет.
— Вы уверены, что хотите говорить здесь? — удивился Саблин.
— Да. Я не прячусь от горя. Психологи советуют как можно больше думать о произошедшем и находиться в обстановке. Так мозг скорее примет случившееся и облегчит переживания.
— Понятно, — кивнул майор. — Что ж, хорошо.
— Садитесь, — женщина указала на кресло у книжного шкафа, а сама села на стул у рабочего стола.
— Простите, ваше имя?
— Алла.
— Красивый у вас дом.
— Да, верно, — женщина вяло улыбнулась, — один из самых красивых в городе, как мне кажется.
— Полагаю, не современный?
— Нет-нет, конечно, нет. Его строили в начале двадцатого века для страхового общества «Россия». Тогда тут проживали очень известные и богатые люди.
— Наверное, немногое изменилось с тех пор, — подметил Саблин.
— Не знаю. Никаких знаменитостей я тут не встречала никогда.
Саблин достал телефон.
— Не против, если я буду записывать на диктофон наш разговор?
— Нет.
У Аллы были приятные черты лица, чем-то напоминающие мать, Раису Матвеевну: большие голубые глаза, маленький курносый нос, пухлые губы.
— Как себя чувствует ваша мама? — начал Саблин.
— Более или менее. Спасибо. Она сейчас на успокоительных, спит.
— М-да. Такие вещи непросто переживать. Хорошо, что вы рядом.
Алла кивнула.
— Я хотел спросить, не удалось ли вам выяснить: все вещи на месте? Ничего не пропало?
— Пропало, — ответила Алла. — Как раз вчера вечером я убиралась, осматривала все комнаты и обнаружила, что нет египетского папируса. Папа хоть и увлекался книгами, но иногда приобретал ценные вещи для перепродажи.
Саблин сощурил глаза, внимательно слушая женщину.
— Вы видели этот папирус?
— Да. Папа мне его показывал пару дней назад.
— Он ценный?
— Я не очень разбираюсь в подобных вещах, понимаете? Я экономист и далека от всяких исторических и археологических тем. В них разбирался папа.
— Кем работал ваш отец до пенсии?
— Искусствоведом. Его специализацией была мифология и мистика эпохи классицизма.
— Вернёмся к папирусу.
— Да. Не знаю, чем он так примечателен для коллекционеров, но папа заплатил за него большую сумму.
— Где хранился? — Саблин оглядел кабинет.
— Лежал в верхнем правом ящике его стола.
— Сейчас его там нет?
— Нет.
— Может, переложил? Или успел продать?
— Я осмотрела весь кабинет. Папирус исчез. Продать он его не мог, так как накануне смерти говорил, что нашёл покупателя и собирался в субботу с ним встречаться.
Саблин встал и подошёл к рабочему столу Дорофеева. Осмотрел его со всех сторон. Выдвинул верхний правый ящик, подметив, что он не закрывается на замок и легко открывается.
— Ваш отец хранил такие дорогие предметы не в сейфе, а просто в столе?
— Как правило, он быстро продавал всё, что покупал. Не опасался за сохранность.
— И кто знал о том, что ваш отец не хранил ценности в сейфе?
— Боюсь, что многие. К папе часто приходили друзья, и он показывал им свои реликвии.
— Раиса Матвеевна говорила, что Валерий Михайлович увлекался старинными книгами, — майор перевёл взгляд на книжный шкаф. — Среди них есть дорогие?
