В последние годы проявился еще один, глубинный, системный аспект люмпенизации ВС. Он состоит в деградации высокотехнологичных видов ВС и родов войск. Приоритет получила пехота, укомплектованная теми самыми контрактниками, не нашедшими места в гражданской жизни. «Технари» же оказались просто не нужны. А поскольку с середины 90-х годов поступление в войска новой техники практически прекратилось и с тех пор, вопреки уверениям нынешнего агитпропа, по сути, не возобновлялось, сейчас начинается коллапс. Самолеты, вертолеты, ЗРК, корабли, подлодки, построенные в советское время, выработали свой ресурс. В ближайшие 2—3 года ВВС и ВМФ просто исчезнут, чуть позже за ними последуют РВСН. Причем этот процесс уже принял необратимый характер.
Наконец, в рамках нынешней, наиболее радикальной за весь постсоветский период реформы, принято решение, которое радикально изменит атмосферу внутри офицерского корпуса. Речь идет об увеличении денежного довольствия для лучших, коих будет примерно 10 % от общего количества офицеров. Их доход вырастет в 4—5 раз по сравнению с доходами их коллег. Эти лучшие определяются по сложной рейтинговой системе, причем в соответствие с квотами, выделенными видам ВС и родам войск. И получать доплаты они будут весь следующий год, независимо от того, как станут служить.
Даже если допустить мысль, что отбор лучших будет абсолютно объективным (что крайне маловероятно), можно себе представить, какую ненависть коллег они заслужат. Особенно учитывая тот факт, что эти лучшие будут получать больше, чем их начальники, стоящие на 2—3 ступени выше в командной иерархии.
Трудно спорить с тем, что лучших надо поощрять. В первую очередь — путем повышения в звании и/или должности. Что автоматически подразумевает рост денежного довольствия. За отличные показатели военнослужащих можно и нужно поощрять большими единовременными выплатами, против этого вряд ли хотькто-нибудь из их коллег возразит. А вот порождать такое вопиющее неравенство внутри коллектива, членам которого, возможно, придется вместе идти на смерть — замысел, поистине, дьявольский. В некоторых случаях просто запредельный: например, в ВМФ командир корабля будет получать повышенное денежное довольствие, а экипаж, без которого командир — ничто, получать его не будет.
Принято такое решение по недомыслию или целенаправленно — значения не имеет. Его реализация приведет к полному и окончательному перерождению корпорации. Что получится в итоге — мы узнаем уже скоро.
Вечный Рим арабского королевства
Иордания: мерцающий образ
В сердце Ближнего Востока — в Иордании — восточный колорит искать бессмысленно. Здесь не так легко встретить популярные его приметы — многоцветье рынков специй, арабские галабии на мужчинах, фески, платки, уличную толкотню, яркие и пряные цвета и острые запахи, нищету, перепады современности и глубокой, но живой старины, — как в Каире, Дамаске, городах Магриба или в Северной Индии. Иордания особенная страна — молодая на древней земле: здесь почти две тысячи лет не было отдельного государства, и в то же время ее королевская династия восходит к пророку Мухаммаду и является одной из древнейших в исламском мире. Эта окраина эллинистического мира и Римской империи, крайний форпост христианского мира, а затем провинция Арабского халифата, лишь на недолгое время оказавшаяся в его центре, стала перекрестком, на котором встречались культуры, питаясь друг от друга. Окраинность и даже заброшенность этих земель спасла древние города от превращения в каменоломни, природа и сухой климат защитили от разрушений, удаленность от торговых и военных путей погрузила в спасительное забвение.
В разные века на заиорданских землях существовали три царства: Аммон, Моав и Эдом, их завоевывали израильтяне, через них проходили ассирийцы, вавилоняне, персы, a в IV-I веках до н. э. они попеременно переходили под власть наследников Александра Македонского на Ближнем Востоке — Птолемеев и Селевкидов. Именно в эпоху этих монархий, укоренявших греческую культуру на землях Востока и впитывавших культуры местные, были основаны многие значительные города Заиорданья, при римлянах объединенные в Десятиградье-Декаполис и жившие своими законами.
Выдающийся памятник эллинистической эпохи в Иордании — дворецИрак-аль-Амир, возведенный на острове посреди искусственного озера правителем Иоанном Гирканом из рода Хасмонеев (II в. до н. э.). Дворец имеет персидский облик (в этом его уникальность), только колонны входного портика похожи на греческие, дорического и коринфского ордеров, — типичный для эллинизма пример синтеза культур Востока и греческого мира.
