А вы, я вижу, только что с премьеры…
Согреться?.. Да, на улице промозгло.
Эх, вздрогнули!.. Ну, что там, на подмостках?
Согласен – эпигоны, лангольеры.
Нет, я причин не вижу для печали…
А тут я с вами, добрый принц, поспорю.
Зато какая мелодичность в хоре!..
Эх, вот бы вы им всем и показали!..
Конечно, не поймут и не проявят,
Но тут как раз-то вся весомость ваша
Сыграла б… Вот бы заварилась каша!
Нет, дорогой мой, я еще не вправе…
За то, что соизволили явиться,
Позвольте мне вам выразить… Короче,
Я так польщен и рад… Да, дело к ночи…
Ну, что, еще полста, и по темницам?
А мне еще читать и заниматься…
Всегда вам рад. Оставленному следу
Я предреку над временем победу.
Да, приходите как-нибудь с Горацио.
Закрылись двери. Пала вниз завеса.
Четверостишья – просто загляденье.
Кто следующий – ангел, привиденье?
Да, любопытна физика процесса.
Даже доверенным лицам
Это нельзя рассказать.
Каждое слово – печать,
Каждое имя – граница.
Даже любимой – ни звука,
Дескать, откуда рубцы?
Выжил – и в воду концы.
Каждая рана – наука.
Ни на алмаз, ни на бронзу
Не разменяю урок.
Каждая ссадина – в срок,
Каждая кара – на пользу.
Колчан и стрелы за спиной,
И шорохи вокруг.
Повсюду следует за мной
Мой старый добрый друг.
Куда бы путь мой ни лежал,
Везде со мной мой паж,
Везде с собой несет кинжал
И лук мой верный страж.
Неуязвим, неуловим,
Невидим для врагов
Мой добрый Робин-херувим,
Приятель с детских снов.
Его невидимая власть –
Не просто болтовня.
Попробуй кто-нибудь напасть
Иль фыркнуть на меня.
Попробуй сзади подойди
Иль западню устрой,
Узнаешь, как за мной глядит
Мой Робин, мой герой.
Тому, кто радость дарит мне,
Мой лучник – брат и друг.
А если кто со мной в войне,
Тогда врагу каюк.
Неустрашим, необорим,
Смекалист и хитер,
Мой храбрый Робин-херувим
Любому даст отпор.
Он любит в темноте гонять
Котов, собак и крыс
Иль пьяниц горьких попугать:
«Эй, ты, прямей держись!»
Мой славный ратник – не бандит,
А добрый бедокур.
Меня в дороге веселит
Мой Робин, балагур.
И этот радостный мотив
Деревья и поля
Мурлычут тихо, подхватив:
Тра-ля, ля-ля, ля-ля.
Я с малых лет – мастак
Развязывать узлы,
Податель вечных благ
Издельям из ветлы.
Бечевки всех мастей
Спасать носили – мне.
Терпенье у людей
Устойчиво в цене.
Гирлянда, провода
Иль шерстяной моток –
Отец ко мне всегда:
«Распутаешь, сынок?
Ах, пальчики тонки,
Ах, глазик молодой,
Распутай узелки,
Будь добр, дорогой».
И мальчик расплетал,
И делал все, что мог,
И в злобе не шептал:
«Какой мне в этом прок?»
И мальчик мог весь день
В клубке концы искать.
Да просто было лень
И жаль веревки рвать.
И вот прошли года,
Промчались, пронеслись,
Да только вот – беда
Откуда ни возьмись,
Сижу всю ночь впотьмах,
Колдую, не спеша,
Да только вот в руках –
Не путы, а душа.
И все былое суть
Один сплошной должок.
И ведь не полоснуть
Ни словом, ни ножом.
Ах, как же вязь мелка,
Как сложен узелок!
Работа – на века,
А времени – чуток.
Ах, сколько же узлов,
Трудов – невпроворот!
Но благо, что пошло
Умение в зачет.
И, в общем, все путем,
Находятся концы,
И глаз еще остер,
И пальцы – молодцы.
И вера, чуть дыша,
По-прежнему жива.
И благо, что душа –
Все та же бечева.
Что делаю – беду ли кличу,
Прилаживаю ль к ветру нос,
Я – все же не стрелок, я – пес,
Я – зверь, учуявший добычу.
Куда меня бы ни вело,
Везде я чувствую ведомость.
Я – только средство, на крыло
Нацеленное, будто компас.
И мне пора бы перестать
Носиться по степи и, лая
На тишь неведомого края,
Себя охотником считать.
Не лапой давят на курок,
Не псы выносят приговоры.
Со мной – Хозяин мой, который
Меня ведет за поводок.
Я родился и рос на костях Золотой Орды,
На бедовом градусе северной широты,
Где стрибоги и рамы, свои возведя аркаимы,
Побросали их вдруг – червем да чертями теснимы.
Наша степь, впитавшая кровь, словно скорби – бумага,
Сдобрена ворожбой, и, вдыхая чар этих брагу,
Я бреду впотьмах, собирая в копилку беды,
Тайный смысл которых, увы, никому неведом.
Я здесь был, и я есть, и еще сотни раз здесь буду.
И зачем это мне? Как суда пропадают в Бермудах,
Я исчезну опять. Навсегда моя карта бита.
Почему от меня все ключи и лазейки скрыты?
Я родился и рос в степи без конца и без края,
И куда я иду и откуда вышел, не знаю.
Имена своих близких перебирая всуе,
И рожден я здесь, и умру я здесь вхолостую.
Я родился и рос в захолустье спутанных судеб,
Расплести которые, нет, не способны люди.
Вы, могучие боги, вы, прекрасные девы,
Вы, стрибоги и рамы, герои и маги, где вы?
Как все в сущем запутано, и как мало в нем весим
Мы, разбросанные по временам и весям!
Мы, блуждающие бесцельно от смерти до смерти,
По просторам ничьим и прекрасным, мы, черви да черти.
Не рыдать и не злиться.
Не понять – ну и что ж?
Не журавль – так синица
За здорово живешь.
А спроси себя честно:
Ты к иному готов?
В насажденьях небесных
Понатыкано дров!
Поисхожено тропок,
Поначитано книг.
Ну и что, что с пеленок
Мчишь на перекладных?
Ну и что, что усталость?..
Поспешишь – насмешишь.
Ученичества ярость
Ослепительна лишь.
Так давай же отставим
Не на год, не на два
Все манящие тайны,
