важный момент, поэтому я скажу ещё раз: Единственный случай, когда самоисследование – Спроси себя, Кто я? – не сможет привести к просветлению, это если вы не сможете его выполнить. – Итак, – спросил я Боба, чья книга была посвящена Рамане, – почему многие тысячи обожающих учеников и приверженцев Раманы не пробуждаются? Кажется, это довольно справедливый вопрос, не так ли? – Не думаю, что справедливо полагать... – начал он. – Не нужно защищаться, – сказал я, – я согласен с Раманой. Я говорю, что самоисследование это бомба. Я абсолютно поддерживаю его. – Но вы также говорите... что вы говорите? – Что провал Раманы в производстве пробуждённых существ был практически абсолютным. – О, ну, едва ли... – В то время как при всём этом, абсолютным должен быть его успех. Ведь так? – Не знаю, полагаю... – Так что же мы упускаем? Почему это не приводит к успеху? Чего мы здесь не понимаем? Я взглянул на Боба – он обдумывал проблему. Он был заметно возбуждён, и можно было с уверенностью заключить, что он испытывает некоторую степень духовного диссонанса. Он уверен, что Рамана был великим человеком, великим учителем, святым, мудрецом, что бы он там ни думал, что все эти слова означают. Это внутренняя вера. Но даже после попыток поиграть словами на счёт успешного коэффициента на протяжении пятнадцати удалённых мной абзацев, он должен был согласиться, что в лучшем случае это ужасно. Это внешняя реальность. В конце концов, ему ничего не оставалось, как увидеть очевидное. – Они это не делают? – сказал он вопросительно. – Кто не делает что? – Последователи Раманы не выполняют практику самоисследования. – Да, – согласился я, – если точно сформулировать ситуацию, самоисследование ведёт к пробуждению, а последователи Раманы не пробуждаются, следовательно мы приходим к единственному заключению. И что же, если это его учение, тогда почему его ученики не практикуют его? – Я просто не думал... – начал он и остановился, затем начал вновь. – Я не согласен с этим, то есть, знаете, я сам его делал, я практиковал самоисследование... – Искренняя практика самоисследования может потребовать год или два мучительного, напряжённого процесса, чтобы пройти весь путь до конца, – сказал я, отсекая его попытку смотаться через чёрный ход. – Это не вопрос, на который нужно ответить, или прозрение, которое нужно осознать, или мысль, которую нужно продумать, это больше похоже на гору невежества, которую нужно измельчить в пыль, камень за камнем. Вы это понимаете? Он понял, что дверь захлопнулась. – Да, окей. – Значит, в действительности вы её не выполняли? Он немного посидел молча. – Ну, я думал, что выполняю. Мне вроде бы казалось, что я следую учению Раманы, читая и пытаясь понять диалоги и книги, написанные о нём, то есть, я думал, что всё это вместе и есть типа процесс самоисследования. Я думал, если тебе нравится Рамана Махарши, то это означает, что ты выполняешь самоисследование, просто изучая его учение. Так был разоблачён внутренний двенадцатилетний мальчик. Вот так этот умный, образованный, кажущийся выдающимся человек, увидел, как разоблачаются его выдумки, словно ребёнок, пойманный учителем за обман. – В противоположность особому процессу? – спросил я. – Нет, это тоже был своего рода процесс. Я делал что-то такое, когда попадал в интроспективное состояние, ну, время от времени. Типа, я спрашивал себя, кто переживает это? Кто разговаривает с Джедом сейчас? Кто загорает на солнце в этот прекрасный день? Я был не слишком удивлён, услышав о слабом и неэффективном методе самоисследования Боба – свидетельствование в самой умеренной и наименее разрушительной форме. Я не делаю вывод, что если бы у меня был тот же разговор с любым из тысячи случайно выбранных приверженцев Раманы, я получил бы те же ответы, но полагаю, что ни один из них не был бы пробуждённым. И хотя я не думаю, что многие будут
