Духовные беседы полностью

Говорю, как всегда, моим дорогим братьям и сестрам, вновь пришедшим к нам: наши беседы вызваны необходимостью общения, цель которого — вместе жить возможно глубже данное нам Откровение. Вы, молодые, начинаете жизнь: у вас еще другой порядок и иные мысли, чем у меня. И сегодня я хотел бы войти в ваше состояние, чтобы беседовать с вами не о том, что я живу на конце моей жизни, а о том, что вы встречаете на пути своем. Так, я бы хотел, чтобы кто-нибудь из вас сказал, какой вопрос стоит пред ним в данный момент, который хочет душа его разрешить благоприятно. Отвечая, я мог бы говорить о том, что и сам жил за мои почти семьдесят лет монашества...

Вопрос отца N.: Как понять слова Христа, сказанные в Евангелии от Иоанна: «без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15:5); и «Никто не может придти ко Мне, если не привлечет его Отец, пославший Меня» (Ин. 6:44), — в соотношении со свободой человеческой и с возможностью самоопределения для человека?

Конечно, это есть существенный вопрос, который не оставляет нас до конца нашего земного пути. Почему Господь сказал: «А без Меня не можете творить ничего»? Когда мы мыслим о бытии вообще — и о Боге, и о твари, — то каким-то странным образом в нас живет интуиция, что бытие единое, а не есть множество различных образов бытия. И когда мы веруем в Бога, Которого нам открыл Сын Отчий явлением Своим и Отец ниспосланием Духа Своего, то мы задаемся вопросом: что делать нам, как понять, вообще, наш приход в этот мир.

«Бывание» — редко употребляемое слово ныне, но им выражается понятие existence. Это понятие взято из гегелевской системы мышления: положение, отрицание и синтез. Бытие вечное, абсолютное и небытие полное с обеих границ суть положение и отрицание. Синтез — временное явление: человек. И мы употребляем это слово «бывать», «бывание». Так, когда мы живем в сфере этого «бывания», то пред нами стоит постоянная забота, чтобы мы попали в поток извечной Божественной жизни. И если нет другой жизни, другого Бытия, кроме того, которое выражено словом Сына Божия в Его Откровении Моисею: АЗ ЕСМЬ СУЩИЙ (Исх. 3:14); и если было дано еще в Ветхом Завете указание о том, что Бог един и жизнь единая, то я понимаю слова Христа как слова Того, Который пришел к нам из абсолютного Божественного бытия и принял нашу форму бывания. И как мы можем исполнить заповедь Его? Мы можем как-то размышлять и даже любить заповеди за их совершенство, но бытийное содержание их убегает от нас. И так как нет иного Бога, кроме Того, Который открылся нам — Отец, Сын и Дух Святой, — то слова Христа надо понять так, что Он, Сущий Бог, даст нам Свою жизнь. И если Он не дает, то мы, в нашем положении твари, лишены возможности сотворить иное бытие, сверх того, которое есть в действительности. Так что преодолеть постигшую нас смерть мы можем, только если станем обиталищем Отца, Сына и Святого Духа. И если нет Его с нами — Бога, — то мы бессильны, мы во тьме, и мы во власти смерти. Вот почему, я думаю, Он говорит: «без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15:5). Потому что нет другой жизни, кроме той, о которой говорится в Прологе Евангелия от Иоанна: «Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин. 1:3), и нет иного Бога, иного Бытия. Мы сами создать новое бытие не можем, так что весь смысл наш только в том, чтобы получить вечное Бытие от безначального Бога, Который открылся нам.

Конечно, я ничего не могу сделать из того, что принадлежит Богу. Тот же божественный Иоанн говорит, что, когда мы узрим Его, тогда «будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть» (1 Ин. 3:2). И весь путь получается такой: мы должны стать «сосудом для Духа Святого» и «обиталищем для Отца и Сына» (ср. Ин. 14:23) и, мы можем добавить, Духа Святого. Временное обитание исключается при этом: если мы становимся обиталищем вечного Бога безначального, то, конечно, на вечность вселяется в нас Отец и Сын и Дух Святой. Это есть чисто положительное восприятие евангельских слов.

Однако весь наш опыт показал нам, что мы должны пройти отрицательный опыт истощания, наш отрицательный опыт смерти. И когда мы по-христиански живем, то мы живем и полноту Бытия безначального, бесконечного, и в то же время мы — постоянно в этом теле, которое нас связывает. И мы не достигаем ничего абсолютного, а все в нас относительно.