Теория аккомодации совершенно неприменима к учению Иисуса Христа о злых духах: она несогласна с нравственным характером абсолютно-правдивой личности Иисуса Христа и с общим характером и началами Его учения. По этой теории приспособление простирается не только на форму (что было бы верно), но и на содержание учения Иисуса Христа; это, другими словами, означало бы, что в Его учении есть примесь лжи: в нем умалчивается истина (т. е. действительные мысли Учителя), и ум слушателей водится в обман намеренно неточными изречениями. Таким нам неизвестен Христос даже в воззрениях на Него рационалистов, отрицающих Его Божественность. Аккомодация как в учении Иисуса Христа, так и Его апостолов (1 Кор. IX, 19-23. Евр. V, 11-14; ср. Деян. an. XXIV, 10-21 и XVII, 22-32) относилась только к форме, а не к содержанию учения. Так, приспособляясь к пониманию слушателей и их нравственному состоянию, Спаситель говорил народу в притчах, а ученикам о тех же самых предметах без притчи и прямо (Мф. XIII, 10 и т. д.), и всегда открывал истину в такой мере, в какой она могла быть вмещена умами слушателей (Иоан. XVI, 12), а потому многое не говорил до времени. Тем более неестественна материальная аккомодация в отношении к учению такой важности, как рассматриваемое учение о злых духах: оно важно не в одном теоретическом отношении, входя в качестве одного из элементов в общее миросозерцание с известным в нем значением, но в нравственно-практическом отношении, глубоко влияя на самую жизнь и, как показывает история, подлежа всегда грубым злоупотреблениями, еще более расширяющим его влияние (вспомним колдовство). Таким образом, это учение является далеко не безразличным пунктом в общей системе религиозно-христианского вера – и – нравоучения; но аккомодация чужда учению Иисуса Христа в пунктах даже меньшей важности, где она была бы более, сравнительно, мыслима, как в обрядовом вопросе о субботе, например, о законах очищения, о посте и др. Кроме того, учение о злых духах излагается и высказывается в такой обстановке и таким способом, которые исключают всякую мысль об аккомодации, т. е. вынужденной обстоятельствами (невежеством других) уступке неверным понятиям. Эти уступки не легко делаются и простыми смертными людьми, избегающими поводов для нее: мыслимое ли дело, чтобы Иисус Христос без крайней нужды, без всяких побуждений и поводов, никем на то не вызываемыми, стал бы не раз, а весьма часто высказывать учение о злых духах, и при том не в общих выражениях (чертах), а в подробностях, никем не ожидаемых и не требуемых? А Он очень часто поступал именно таким образом или даже большею частью (напр., Мф. XIII, 39; XXV, 41; Иоан. VIII, 44; XII, 31; XIV, 30; XVI, 11 и др. мн.). Наконец, учение это раскрывал Спаситель нередко перед одними Своими учениками, в отношении к которым подобная аккомодация была бы неуместною и по смыслу самой теории аккомодации (напр., Мф. XIII, 39; XVII, 21; XII, 31 и др. (См. «Опыт апологет, излож. правосл. христ. Вероучения», свящ. Светлова, проф. богосл., т. I, изд. 1896 г.).
Бог, учит св. Антоний Великий, не сотворил никакого зла; не от Его воли и не от естества своего демоны получили начало злобы, но от своего изволения. Они созданы были сперва добрыми, потому что созданы были от благого Бога; но за свою гордость были низвержены с неба, на землю [234]. Злой ангел, говорили св. мученики – Евстратий, Мардарий и др., имевший власть в ряду прочих ангелов, своим изволением отступил от Сотворшего его и, возгордившись, отпал от своего чина и от Бога, и Бог лишил его ангельской славы [235].
И злые духи имеют свои чины и степени: есть между ними слабые, сильные, сильнейшие, так называемые князья бесовские, и один, главный их предводитель, сатана. Один бесчестный юноша, уязвившись нечистою похотью к св. девице Иустине, предлагал ей выйти за него замуж; она отказалась, сказав, что уже имеет Жениха Христа, Которому она служит и ради Которого хранит свое тело в чистоте. Обидевшись ее отказом, он пошел к знаменитому тогда волхву Киприану, чтобы он силою волшебства привлек к нему святую деву. Волхв призвал к себе на помощь одного из бесов и поручил ему возбудить в сердце девицы скверное вожделение. Святая силою молитвы к Господу Иисусу Христу сделала безуспешными обольщения нечистого духа: бес отбежал от нее со срамом. Волхв призвал тогда лютейшего беса; но и этот прогнан был молитвой и постом св. угодницы. Волхв призвал, наконец, одного из князей бесовских. Сей укорил тех бесов в слабости; но и сам с большим срамом и стыдом должен был бежать от святой девицы [236] Я, говорил бес, явившийся в образе светлого ангела св. девице Иулиании, один из первейших князей тьмы, послан от отца сатаны искусить и прельстить тебя [237].
