Лидия Алексеевна Чарская
Дуль-Дуль, король без сердца
На опушке леса, при лунном свете, три добрые волшебницы собрались около небольшой каменной урны. Месяц то скрывался за тучу, то снова выплывал, и тогда бледные лица добрых волшебниц становились прозрачными, а волосы их сияли серебряным светом.
Первая волшебница вынула из-за пазухи целую горсть розовых лепестков и, бросив их в урну, сказала:
- Завтра должно родиться королевское дитя. Пусть оно будет так же прекрасно, как роза, и пусть все любуются им и дивятся его красоте.
Потом она быстро отбежала от урны и стала кружиться в воздухе. Светляки зажглись в траве, освещая ее пляску, а соловей запел из чащи такую дивную песню, какую нельзя услышать даже в самом королевском дворце.
Тогда подошла к урне вторая волшебница. В руке она держала какую-то длинную серебряную нить.
- Вот волос с головы мудрого волшебника Гая, - сказала она, бросая волос в урну. - Я взяла у него этот волос, пока он спал, чтобы отдать его королевскому дитяти. Благодаря этому волосу ребенок будет мудрым, как сам Гай. Ведь другого такого мудреца, как Гай, не найдется в мире, и каждый его волос - это клад мудрости.
- Торопись, сестра, - произнесла третья волшебница, - а то проснется Гай, отнимет волос и, чего доброго, прогонит нас, так что я не успею положить в урну сердце голубки, которое должно сделать добрым и кротким будущего королевича.
Едва только третья волшебница успела произнести последнее слово, как закачался, загудел лес, и чародей Гай, получеловек, получудовище с огненными глазами и всклокоченными, дыбом стоящими волосами, появился верхом на диком вепре.
- Кто украл с моей головы волос? - завопил он страшным голосом, от которого гул пошел по лесу.
Но волос вместе с лепестками розы уже был в урне, и оттуда чуть заметной голубой струёй подымался дымок.
При виде этого Гай схватился за голову и испустил новый рев, страшнее первого. Он понял, что ему никакою силою не извлечь уже из урны волоса.
Испуганные волшебницы метнулись в сторону, а та, у которой было в руке предназначенное для королевского дитяти голубиное сердце, уронила его на землю.
В тот же миг Гай подхватил сердце и погнал своего вепря обратно в лес, испуская громкие торжествующие крики.
А три добрые волшебницы, очнувшись от страха, снова очутились у урны.
Теперь они плакали. Плакали о том, что будущее дитя будет иметь красоту и ум, но не будет обладать сердцем.
Маленький королевич родится без сердца.
И слезы волшебниц падали в урну...
Скоро голубой огонек погас, и старшая из волшебниц, взяв свой волшебный жезл, стала мешать в урне, тихо напевая сквозь слезы.
Ее сестры вторили ей.
Когда песнь была кончена, все трое взглянули в урну.
На дне ее лежал крошечный мальчик, прекрасный как ангел. Они взяли его из урны, унесли в королевский дворец и положили в роскошную колыбельку, уже давно приготовленную для маленького королевича, рождения которого ожидали со дня на день.
* * *
Король возвращался с войны, возвращался победителем. День был светлый и яркий, и горячее весеннее солнце играло на щитах, копьях и бронях воинов, окружавших короля.
За королевским войском шли, связанные по рукам и по ногам, пленники, с потупленными глазами, страшно исхудалые, окpoвавленные; они со стойким мужеством ждали своей участи.
Подле короля шел солдат. Самый обыкновенный, самый простой солдат. И имя у него было самое простое. Его звали Иваном. На нем была пробитая пулями шинель, а через лоб шел огромный рубец от неприятельской шашки.
Все встречные на пути короля с удивлением поглядывали на серого солдата и спрашивали, почему он идет рядом с королем. Простой, серый солдат, и дождался такой почести! Тогда из рядов войска послышались голоса:
- Это не простой солдат. Это герой. Он указал королю путь, как ближе найти неприятельский лагерь, он остановил войско, когда оно бросилось в бегство, и он же защитил своей грудью самого короля, когда неприятельская сабля направилась на него. Король не может забыть этого и считает солдата Ивана своим лучшим другом и слугою.
И народ, услыша это, стал восторженно приветствовать солдата наравне с королем.
Крики звучали все слышнее и слышнее. Целый дождь цветов сыпался на победителей. Красивейшие девушки города в белых, воздушных одеждах усыпали розами триумфальный путь короля.
Таким образом победители дошли до королевского дворца.
Король поднял голову на окна в надежде увидеть в одном из них свою любимую жену-королеву.
Но вместо прелестного личика королевы из окна выглянуло старое лицо седого монаха, который сказал:
- Приготовься, король, услышать две новости: одну печальную, другую радостную. Бог дал тебе сына, а твоя супруга-королева скончалась на утренней заре.
Король дико вскрикнул, схватился за сердце и... умер.
Он так и не увидел ни своей мертвой жены, ни новорожденного сына.
В народе и в войске поднялся плач и стенания: король был добр, мудр, храбр, и вся страна любила его.
